Пленники самодисциплины. Как мы разучились отдыхать и почему это плохо

Когда вы в последний раз валялись на диване? Просто лежали, а не смотрели лекции TED, читали книгу, листали фейсбук, вели бесконечный монолог и гоняли по кругу мысли о будущем? Почему мы перестали спокойно тупить?


Свободное время в комплекте с чувством вины


Считается хорошим тоном изобрести свой патентованный способ борьбы с прокрастинацией: работать стоя, мерно выдыхать через одну ноздрю, ставить таймер на время работы. Потом все эти методы по дрессировке себя плавно переходят с рабочего на нерабочее время. Коучи и разного рода мотивационная литература учат нас, как работать на максимальный результат. Советы о том, как отдыхать с той же отдачей что и работать, можно встретить гораздо реже. Ведь со свободным временем все будто бы и так понятно.

С одной стороны, социальные сети навсегда изменили наши представления о том, как теперь выглядит отдых. Походы по музеям, спорт, путешествие в незаезженные места — практически всегда это активность.

К какой бы социальной страте вы ни принадлежали, внутри нее всегда есть четкое представление, как и насколько активно вы должны тратить часы, не занятые трудом.
С другой стороны, посмотрите на детей. Жизнь современного ребенка, начиная с детского сада, расписана по минутам. Когда вы в последний раз видели ребенка, просто гуляющего во дворе? Родители лихо распоряжаются свободным временем детей, записывая их в десяток секций раннего развития: творчество, спорт, иностранные языки. Марина Мелия, автор книги «Наши бедные богатые дети» пишет, что три главных воспитательных принципа современных родителей — «как можно больше, как можно раньше, как можно лучше». Никто не хочет, чтобы их ребенок рос сорняком и просто болтался по улице после школы с друзьями. Ведь стараются для его же блага.

Самодисциплина — это то, ценность чего никогда не ставится под сомнение. В ней видят панацею от самых разных проблем.

Не можешь завершить начатое? Выгоняют с третьей работы за полгода? Родился в бедной семье за Полярным кругом, но хочешь большего? «Тебе просто не хватает самодисциплины, чувак!»


«Маленькие привычки» Би Джей Фогга или популярная теория Анжелы Ли Дакворт о том, что успех учеников не связан с талантом и уровнем IQ, а только с твердостью характера, сводят все следствия к одной причине: вам нужно больше самоконтроля. Подобные идеи пользуются бешеным спросом, поскольку умело эксплуатируют чувство вины и всеобщее помешательство на продуктивности — но в большинстве случаев напоминают желание продать одну таблетку от всех болезней.

Педагог и детский психолог Альфи Кон в своей работе «Почему самодисциплина переоценена» пишет, что единственный положительный эффект самодисциплины в школьном возрасте — это высокие оценки. Притом что учителя чаще ставят высокий балл тем, кто говорит, что домашнее задание стоит для них выше развлечений. По мнению Кона, ученики, ориентированные на оценки, а не знания, менее заинтересованы в предмете и привыкают мыслить поверхностно. К тому же высокая степень самоконтроля и ориентация на внешние оценки часто провоцируют тревогу и внутренние конфликты.

Другой критик самодисциплины, американский психолог Джек Блок, на протяжении 30 лет наблюдал за взрослением ста человек и в целом негативно оценивал недостаток самоконтроля. Но он же замечал и другое.

Склонные все контролировать подростки, начав употреблять наркотики, быстро попадали в полную зависимость. А их необязательные сверстники, попробовав один раз ради эксперимента, быстро теряли к веществам интерес.
Как бы то ни было, сторонники жесткой самодисциплины, равно как и ее противники, приводят устаревшие аргументы. Потому что в своих исследованиях никто из них не акцентирует внимание на новом мощном источнике поглощения свободного времени: смартфонах и социальных сетях. Советы воспитывать в себе маленькие привычки или твердость характера вопреки тому факту, что половина земного шара сутками сидит в инстаграме и фейсбуке, равносильны советам лечить пневмонию подорожником.

На протяжении XX века появление каждого нового медиа сопровождалось упреками в адрес создателей и обвинениями в том, что они принуждают людей к пассивности.

Интернет изменил само наше восприятие пассивности. Мы толком ничего не знаем о зависимости от социальных сетей кроме того, что: это плохо, с этим надо завязывать или, по крайней мере, уделять этому меньше внимания. Исследования на эту тему пока носят общий характер и явно не поспевают за своим предметом. Когда ученые разберутся, что делать с нашей жаждой лайка и желанием лепить по двадцать сторис в день, техники порабощения внимания станут еще более изощренными.


Но, пожалуй, главная причина, по которой мы больше не можем спокойно тупить на диване, — это утрата представления о рабочем и нерабочем времени. Работа и отдых больше не существуют в чистом виде. Все меньше людей отдают предпочтение восьмичасовому рабочему дню с перерывами на обед и отпуском два раза в год. Старую модель разделения труда и досуга теснит новая норма — work-life blending. Особенно это касается всех занятых нематериальным трудом, где работа и отдых тесно переплетены.

Привычка к перманентной занятости и круглосуточная готовность принять челлендж приводят к тому, что свободное время в чистом виде становится источником тревоги.

В своей работе “The New Politics of Leisure and Pleasure” социологи Питер Брэхэм и Стивен Вэгг описывают устройство позднего капитализма как переход от парадигмы принуждения к парадигме соблазнения. Иными словами, корпорациям и прочим владельцам капитала теперь гораздо выгоднее инвестировать во все новые и новые вещи, занимающие ваше свободное, а не рабочее время. Досуг, как в свое время и труд, стал предметом отчуждения: сегодня свободное время связано с производством в гораздо большей степени, чем отведенные для этого рабочие часы.


По некоторым оценкам, к 2035 году число цифровых кочевников, людей, чья работа и жизнь не привязаны к конкретному месту, достигнет 1 миллиарда. В этих условиях неплохо бы пересмотреть не только свое поведение, а само понятие самодисциплины. Интересно взглянуть, как будет выглядеть рабочий график одной седьмой части планеты и продолжат ли они страдать, не успевая к дедлайну.

Построение отношений со временем — самое изящное из всех изящных искусств. Ему можно научиться, только когда вас не жжет изнутри постоянное желание все контролировать и проводить свободное время с пользой.

Проблема в том, что зачастую непонятно, в чем конкретно измеряется польза.

Поэтому неплохо иногда задавать себе вопрос: приносит ли вам удовольствие постоянная бешеная активность или за ней скрывается просто желание быть не хуже других и синдром упущенной выгоды?


Есть ли способ снова начать отдыхать, не терзая себя за незаконченное и несделанное? Наверное, единственное, что можно сделать, — стремиться, насколько это возможно, к чистым состояниям, не смешивать режимы работы и отдыха. Звучит самонадеянно, но целеустремленное безделье часто оказывается гораздо полезнее тупого вкалывания. И уж точно полезнее той бессмысленной суеты, что так часто в последнее время путают с активностью. Так что самое время ненадолго расслабиться и последовать совету из «Рика и Морти»:

«Никто не существует по определенной причине, никто ни к чему не привязан, все однажды умрут. Пойдем посмотрим телек».

Катя Колпинец
Источник: knife.media
Поделись
с друзьями!
771
10
15
14 месяцев

Свободное время всё дорожает! Как отдых стал товаром и сколько мы платим за то, чтобы ничего не делать

К середине ХХ века автоматизация труда освободила людям свободное от работы и хлопот время. Меньше чем за сто лет появились концепции досуга разумных развлечений, человеческого капитала и тайм-менеджмента, велнеса и майндфулнеса — об этих и других способах заставить нас оплатить наше ничегонеделание рассказывает культуролог Александр Крамер.


— Вот закончу работу, сяду в кресло-качалку…
— А потом?
— А потом начну раскачиваться…
Анекдот

<\p>

Что такое ничегонеделание


Говоря формально, «ничегонеделание» — это очень незначительная часть «бюджета времени», — которая остается, когда из времени суток вычитают: время оплачиваемой и неоплачиваемой работы ( по нормативам OECD к ней относят работу по дому, волонтерство, шопинг, заботу о детях), развлечения, хобби, а также время на сон, еду и физиологические потребности.

В силу этой формальной незначительности в соцопросах «ничегонеделание» обычно попадает в раздел «другое» и если представляет интерес для социологов, то чаще всего в контексте или сугубо медицинском (а не симптом ли это), или в контексте педагогическом (потому что бездельники), или в общем «проблемно-исправительном» смысле — как превратить ничегонеделание в делание хоть чего-то полезного.

Тем не менее, рискну заявить, что даже трудоголики время от времени делают это. Потому как интуитивно очевидно: любое напряжение рано или поздно заканчивается расслаблением. И чем сильнее напряжение, тем сильнее будет «откат» и расслабление. Вплоть до полного.

Именуется социологами такое расслабление «пассивным отдыхом» или же прелестным оксюмороном «passive leisure activity». То есть респондент «делает пассивный досуг».

Ключевое слово — activity.

Как пассивный отдых стал активным


В XVIII веке появляется едва ли не самая знаменитая формула Бенджамина Франклина (того самого, который 100 долларов, Декларация независимости и громоотвод), с которой начинается его «Совет молодому торговцу»:

«Запомните, что время — деньги. Тот, кто мог бы зарабатывать десять шиллингов в день своим трудом, а вместо этого полдня гуляет или бездельничает дома, даже если он при этом тратит только шесть пенсов* в день на свои развлечения и безделье, должен учесть не только этот расход, но и считать, что он истратил, а вернее, выбросил на ветер еще пять шиллингов».

*В одном шиллинге 12 пенсов, в фунте стерлингов 20 шиллингов.

Это как раз то самое «протестантское» отношение к праздности, о котором писал Макс Вебер в «Протестантской этике»:

«Жизнь человека чрезвычайно коротка и драгоценна, и она должна быть использована для подтверждения своего призвания. Трата этого времени на светские развлечения, пустую болтовню, роскошь, даже сон, больший по времени, чем необходимо для здоровья… — все это в нравственном отношении совершенно недопустимо».

Корни этого подхода в европейской культуре можно проследить с XVII-XVIII столетий, со времени начала первой промышленной революции.


Заводы и часовые механизмы: как жизнь стали измерять минутами


Появляются мануфактуры и фабрики; складываются социальные технологии, когда сравнительно большие группы людей начинают одновременно жить и работать по одинаковым алгоритмам. Например, начинать и заканчивать работу. Например, учиться (классно-урочная система начала массово внедряться как раз на рубеже XVIII века).

Интересно, что появление газового освещения в первой трети XIV века сделало возможным технологизировать круглосуточную работу, в том числе посменно. Эту историю хорошо отражают… продажи карманных часов (инструмента синхронизации человека с навязанным ему общественным ритмом).

Карманные часы известны в Европе чуть ли не с конца XV века, но вот минутная стрелка появилась на них к началу промышленной революции, а их массовое производство началось только с середины XIX (рабочим инструментом они были, например, у кондукторов в поездах, телеграфистов, репортеров и т.п).
До конца XIX века они были сравнительно дорогом удовольствием, доступным только хорошо оплачиваемым сотрудникам: судя по американским каталогам, в 1880-х самые дешевые карманные часы стоили около $10 (в среднем $25), однако к концу века цены снизились до $7 в среднем (для сравнения, будильник можно было купить за $1,5), а в начале XX века при тех же средних ценах в каталогах появляются «часы для мальчиков» за вполне доступные $2,75.

Как разумный отдых стал частью эффективной работы


Важно заметить, что разговоры о каком-либо исследовании «рабочего времени» (с целью последующей оптимизации) касаются прежде всего рабочего времени людей наемного труда. И здесь — парадокс: говоря о продолжительности рабочего дня, до самого конца XIX века никто не задавался вопросом о содержании (и уж тем более качестве) внерабочего времени.

Говорили о различных бытовых вопросах, о гигиене — да. О печном отоплении, об устройстве водопровода и канализации, о пожарной безопасности, о вреде пьянства — да. О досуге как качественно другом времени жизни — нет.
Так было до конца XIX века, когда в Европе и России почти одновременно появляется тема «разумных развлечений», когда промышленники осознали, что хорошо работает тот, кто не только здоров, но и хорошо отдыхает. И начали вкладываться в организацию «народных домов», где можно было, как писали в специальном обзоре:

«наполнить досуг рабочего человека ободряющими впечатлениями, дающими ему отдых от скорбных забот о хлебе, и расширить его кругозор знаниями, облегчающими заботы».

Строили специальные здания (некоторые «дома», как в Париже и С.-Петербурге, были форменными дворцами); в числе попечителей «народных домов» значились не только промышленники, но и университетская профессура и даже члены правящих династий.

О качестве — удобстве труда и отдыха (эргономике) заговорили существенно позже, уже в самом начале ХХ века, когда появилась инженерная («индустриальная») психология, когда появились работы Фредерика Тейлора о «научном менеджменте» и эффективности труда.

«Тейлоризм» на фоне конструктивизма 1920-х с его «культом машины» породил «культ продуктивности» (первые «эффективные менеджеры» были по своему мышлению начальниками цехов, целью которых была высшая производительность при минимальных затратах на единицу продукта). Именно тогда появляется представление о человеке-«винтике» эффективно работающей системы.

Свободное время как экономическая проблема


В 20-е годы уже вовсю работают конвейеры, складывается производственная и финансовая кооперация, уже есть серьезная механизация труда и появляются идеи автоматизации производства. Домашние устройства тоже уже есть: электрическая стиральная машина и электрический пылесос — 1908, полотер — 1914, посудомоечная машина для домашнего использования появится в 1924; другое дело, что они дорогие и в качестве luxury доступны только «праздному классу», о котором писал Торнстейн Веблен.

Именно тогда досуг попадает в поле зрения экономистов. Джон Кейнс (тот самый, один из основателей «макроэкономики») в 1930-м предсказывает, например, что рост продуктивности в ближайшие 100 лет приведет к резкому увеличению свободного времени, с достаточно серьезными последствиями для экономики.
Логика сравнительно простая: производство механизируется — у людей появляется больше свободного времени — вокруг этого свободного времени нарастают услуги в области досуга — и в какой-то момент далее сложится опасное равновесие, когда источником богатства в равной мере станут и производство и сфера услуг. А дальше…

Перекос в сферу производства чреват вытеснением человека из производственных цепочек (о чем позже будут предупреждать «неолуддиты» и антимодернисты вроде Льюиса Мамфорда и Жака Эллюля). Перекос в сторону сферы услуг чреват индустриализацией этой сферы, если с перепроизводством товаров, обслуживающих эти услуги, еще можно справиться, то само производство тоже начнет вытеснять человека из производственных цепочек.


Проблема в том, что системное перераспределение рабочей силы создаст серьезнейшие проблемы с выбором приложения сил у нескольких будущих поколений (и безработица — не самое опасное из последствий).

Впрочем, всё это о том, как «делать». О том, как «не делать» (отдыхая, например), всерьез заговорили уже после Второй мировой.

Экономика досуга: как подсчитали доход от свободного времени


Юридическое закрепление права на досуг

Уже в 1948 году Всемирная декларация прав человека в статье 24 установила: «Каждый человек имеет право на отдых и досуг, включая право на разумное ограничение рабочего дня и на оплачиваемый периодический отпуск». Право на отдых, таким образом, признано как фактор политический, и, следовательно, подлежащий контролю и регулированию. В известных пределах.

В 1950-х начинается «экономика досуга», и именно тогда впервые всерьез обратили внимание на «самозанятых» (бизнесменов, ремесленников, фрилансеров), для которых граница работы и досуга зачастую весьма условна.

Примерно тогда же заговорили о «стандартах жизни»: выяснили, что стандартная рабочая неделя с 1850 уменьшилась с 80 до 40 часов, при том, что если в 1850 средний рабочий создавал за час на 34 цента, то в 1950 почти в 7 раз больше. Иными словами, деньги есть, на что их тратить?

Американский экономист Дж.Соул в 1957-м привел цифры статистики 1950-го: на проведение отпуска в путешествиях американцы потратили около $12 млрд; 85 % путешествий совершалось на автомобилях (а это 66 млн. человек, оценим продажи автомобилей). Порядка $3,5 млрд было потрачено только на товары и услуги для отдыха. В 1952-м было продано 34 млн любительских фотокамер и на $60 млн товаров для домашнего рукоделия (те самые хобби do-it-yourself).

В 1960-х досуг — вполне себе тема и для экономистов, и для социологов. Среди экономистов первый — Гэри Бейкер, который в это время пишет работы о распределении времени и «человеческом капитале», за которые потом получит Нобелевскую премию (одна из важных мыслей у него — досуг можно использовать для образования с целью увеличения стоимости собственного «человеческого капитала»). Среди социологов первый — Жоффр Дюмазедье, который, собственно, книгой «Цивилизация досуга» (1962) и открыл эту тему в социологическом смысле.

Главное, по Дюмазедье: досуг по привлекательности превзошел труд (люди готовы меньше зарабатывать); досуг — уже давно не «приложение» к труду и вполне самодостаточен («независимая переменная») — как следствие, «цивилизация досуга» уже наступила.

Еще одна важная тема 1960-х: старики и собес в экономическом изменении. Было подсчитано, что с 1900 до 60 года ожидаемая продолжительность жизни мужчин увеличилась на 18 лет (до 67 лет в среднем), а следовательно, и ожидаемая «рабочая жизнь» тоже выросла — на 9 лет, с 32 до 41 года. Появились теории об увеличении возраста выхода на пенсию и теории о том, чем правильно занять людей предпенсионного и пенсионного возраста.

Помимо всего прочего, там было очень любопытное предложение перенести механизм годового отпуска (sabbatical), известного в преподавательской практике с 1880-х, на «пред-пенсионных» сотрудников (с целью чтобы они использовали этот год с пользой, например, для планирования, переобучения и т.д.)

В 1963-м это попробовали внедрить в сталелитейную промышленность — без особого успеха — но вот совпадение: как раз тогда возникает «дистанционное образование». В начале 70-х откроются британский Открытый университет, Открытый университет Израиля, за которыми в последуют и другие, занимающиеся уже и сугубо профессиональной переподготовкой.


Тайм-менеджмент и размывание границ досуга и работы


В 1970-х — точнее, в 1972-73 рождается тайм-менеджмент, и тогда же Майкл Янг и Питер Вильмотт в книге «Симметричная семья» предсказали не только «симметричность» социальных ролей в семье, но и размывание (из-за нарастания роли «фриланса») работы и досуга до «в основном работы» и «в основном досуга».

В конце 80-х — начала 90-х это «в основном» станет едва ли не главным в концепциях «развития креативности» (например, «социальное исключение» и маргинализация в силу выбрасывания из «постоянной занятости» неизбежно должно привести к увеличению досуга, который можно и нужно использовать для развития собственной креативности и производства «культурного продукта»). Как раз на подходе «креативный класс» и «креативные индустрии» (они же «культурные», они же, что характерно, «copyright-based»-индустрии).

В 1994 году Пьер Бурдьё выступает с концепцией «символического капитала», суть которой, если несколько упростить, в том, что это своего рода «портфолио репутации» — список признанных достижений и статусов, список нематериальных активов (те же знания и умения, «компетенции», личные связи, опыт), которые вполне успешно могут быть конвертированы в политическое влияние, в деньги (например, зарплату) или особые условия работы — например, свободный график труда и отдыха.

В «креативной» (она же «пост-индустриальная) экономике выбор, разумеется, должен делаться в пользу увеличения личного и общественного «человеческого капитала», прежде всего символического. Достигшие определенной величины символического капитала получают преимущества при монетизации или право выбора особых условий — об этом говорить не принято, но именно это подразумевается, когда человек получает сертификат о том, что он «успешно конкурировал».

Важно здесь вот что: концепция «символического капитала» позволяет аккуратно и ненавязчиво превратить жизнь в целом в «work and life» — в «жизни» ты нарабатываешь символический капитал, в «работе» ты его конвертируешь и монетизируешь.

Если кто не узнал — наработка символического капитала и есть наработка пресловутых «компетенций», в которых, как точно заметили в «Новом духе капитализма» Люк Болтански и Эв Кьяпелло, «исчезает различие между качествами личности и свойствами его рабочей силы».

Иными словами: всё время, свободное от работы, человек должен использовать для наработки символического капитала, что, в свою очередь, улучшит в будущем его «качество жизни».

Это самое «качество жизни» сейчас рассматривается как work and life balance с четко прослеживаемой мыслью, что наиболее эффективным использованием нерабочего времени будет самообучение или повышение символического капитала своей семьи и детей (к слову, этот самый «баланс» с 2011 года входит как один из параметров в «Индекс лучшей жизни» OECD).

И вот тут концепция «компетенций» вступает в противоречие с концепцией privacy: ведь право и возможность «ничего не делать» — это не просто личное дело (точнее, безделье). Это та часть privacy, которая и должна ускользать от контроля, регулирования и всяческих маркетинговых воздействий, в том числе на темы «активного» или «полезного» досуга.

Впрочем, боюсь, privacy проигрывает. По крайней мере, среди «миллениалов» (рожденных между началом 1980-х и концом 1990-х). В 2015-м более 80% американцев ложились спать со смартфоном в руках или держали его поблизости (данные Ipsos). В прошлом году 46% американских миллениалов проверяли свой телефон минимум 20 раз в день, 41% не выпускали из рук, 53% без телефона испытывали как минимум беспокойство (KDM). Что же до «поколения Z» (они же true digital natives) — четверть из них имели смартфон до того как им исполнилось 10 лет (и в телефоне они 10+ часов в день), причем, что характерно, треть сидит в телефоне каждую ночь.

Складывается навязчивое впечатление, что «мобилизация» и разнообразные приложения на все случаи жизни специально придуманы, чтобы у человека и вовсе не осталось никакого времени для ничегонеделания…И ведь действительно, прогресс не удержать, надо идти в ногу с прогрессом….

Интересно, что с ними/нами будет, если на сутки отключить интернет?

Впрочем, я отвлекся.

Что такое «не делать ничего»


То, что мы называем «отдыхом» — а если точнее, то вообще индивидуальный ритм смены расслабления и напряжения, — это во многом поведенческие автоматизмы, или, если угодно, «фоновые практики», которые становятся заметными только в случае нарушения поведенческих алгоритмов, когда «что-то пошло не так» и когда непонятно, как поступать в ответ на чьи-то поступки (как бы сказал Бурдьё, — когда «сбиваются диспозиции»).

Проделаем мысленный эксперимент: представим себе человека, который сидит, например, на стуле. Просто сидит, неподвижная поза. Пусть это будет фотография; и вот вопрос: в момент съемки человек сидит, — будет ли он так же сидеть и дальше? Иными словами: если он ничего не делает — будет ли он ничего не делать и в следующий момент? И если да, то почему?

Например: студент, юноша, день. Если он останется неподвижен, то почему? Усталость, влюбленность, депрессия, лень? Или вот: женщина средних лет, светлый вечер. Ей «просто» хочется ничего не делать или это усталость? Или вот: мужчина и ночь: что это? прокрастинация? Бессонница? Размышление о том, что текущий «рабочий проект» рано или поздно закончится и уже сейчас пора думать о следующем?

Здесь как раз важна объяснительная модель, в силу которой мы, как говорят социологи, на уровне «общего знания», приписываем человеку своего рода «естественное право» ничего не делать. Оправдание для ничегонеделания: та самая атрибуция со всеми ее «фундаментальными ошибками» объяснений, исходя из внутренних диспозиций или из внешних причин.

Вот наш юноша из эксперимента: он ведь студент, днем студенты учатся — почему же он сидит — а выражение лица у него какое? Может, он думает (а это как раз вписывается в «общее знание» о студенте). Вот женщина: для вывода недостаточно информации: где она сидит, как одета, что вокруг, опять же выражение лица. Куда смотрит. А может, это постановочное фото, и ей нужно сидеть в этой позе. Вот мужчина — и снова недостаточно информации: почему не спит, ночь ведь… Впрочем «они сидят, потому что они так хотят» — это тоже может быть достаточным основанием, так сказать, признания права личности вести себя не так, как ожидает общество.


Но возьмем еще раз наших троих персонажей и сменим оптику: теперь мы знаем, что все они — художники. И картина разительно меняется: этого достаточно само по себе, художникам можно «просто сидеть». Не объясняя, почему.

Точно так же можно «просто» сидеть артисту, сумасшедшему, поэту, священнику. Потому, прежде всего, что это внешнее бездействие — признак легитимных, признаваемых обществом, внутренних состояний. Признается, что эти люди — вне схем «массового производства»; это такой «обломок» эпохи романтизма, объясняющий «непостижимостью» природу творчества, чудес и безумия.
И еще раз сменим оптику: дополним наш эксперимент ролями «больших боссов» (руководители корпораций, короли, президенты, военачальники, их дети) — им тоже можно сидеть «без объяснений». Во-первых, потому что «короли не оправдываются», а во-вторых, потому что вместо них работают другие. Еще имеют право «просто сидеть» — заслужившие свой отдых какими-либо подвигами или исключительными поступками.

Они все ничего не делают, потому что свободны от социального принуждения «делать полезное». Полезный труд, полезные образ жизни, еда, секс, разговоры…

Еще раз: свобода.

Свобода в личное, заведомо свободное от любой работы время.

Свобода ничего не делать.

Выключить телефон и лечь на диван.

Можно, конечно, сказать, что лежа на диване, я потребляю «диванное благо» — и с учетом амортизации «среднего дивана» вывести, что средний срок службы дивана для человека, работающего с 9 до 18 пять дней в неделю составит 10 лет.

Собственно, из подобных расчетов формируются «нормативные потребительские бюджеты», которые используются при определении минимальной потребительской корзины и минимального размера оплаты труда (такой обломок тейлоризма в чистом виде).

Ладно диван, — можно уйти в природу и лежать под деревом. Так ведь найдется бухгалтер, который подсчитает стоимость восстановления травяного покрова в пересчете на условно-усредненную человеко-единицу…

Можно попытаться сбежать еще дальше от всевидящей статистики — где-то здесь прорезается тема «дауншифтинга», но это тема уже совсем другого разговора.

Ничегонеделание под угрозой монетизации


В Южной Корее проводят соревнования в ничегонеделании — там надо неподвижно сидеть полтора часа. И ничего не делать. Фокус в том, что акцент здесь не на слове «ничего», а на «делать»: за проверку телефонов, сон, смех, попытки поговорить, петь или танцевать — за это могут дисквалифицировать.

Так что это как раз «делать ничего» — следует сказать спасибо культуре new age, сначала принесшей в европейский мозг представление о медитации (классический буддизм: медитация в неподвижности), а затем в 70-е, «дзен-буддистское» представление о том, что любая деятельность может быть медитацией.
Ну а позже, уже в 80-е, к делу подключились психотерапевты: начиная с гештальт- и телесноориентированной до трансперсональной включительно. Именно тогда сложился своеобразный коктейль, названный Карлом Седестрёмом и Андре Спайсером «wellness syndrome», в основе которого простенькая аксиома: человек, который чувствует себя хорошо — хороший человек, а кто чувствует себя плохо — тот плохой.

И вывод: wellness (здоровый образ жизни) есть моральный долг каждого разумного человека.
Понятное дело, что стресс, депрессии, выгорания, плохие новости 24/7, смена климата, проблемы со сном и отвратительные взаимоотношения. Понятно, что йога, медитация и «осознанность» (mindfulness) — самое лучшее оружие.

Как говорится, «на вкус и цвет», но как прикажете относиться к рынку Global wellness с объемом продаж на 3,5 триллиона евро? А как относиться к американскому рынку медитаций, который два года назад оценивали в $1.2 млрд? А как насчет $32 млн, потраченных только в Appstore в прошлом году на mindfulness-приложения?
Так ведь удобно: вместо $50 в среднем за сеанс психотерапии раз в неделю — $15 месячной подписки на приложение. 10 минут оздоровления в удобное время, и… уплочено.

Только вот это все опять про «делать ничего».

Ничегонеделание или «Всё сложно»


Как наиболее приватная из всех форм досуга, оно (ничегонеделание) известно социологам и антропологам только из самоотчетов и сравнительно редких опросов и интервью. Сказать, что на самом деле происходит, когда человек считает, что он «ничего не делает», пока достоверно не удается.

Во-первых, и в главных, мешает концепция «информированного согласия» — даже если найдутся люди, согласные с временной утратой приватности, сам факт того, что они «информированно» знают, что за ними наблюдают, может серьезно исказить результаты (как раз тот случай, когда само наличие наблюдателя искажает результат наблюдения).

А во-вторых, даже если и получится узнать что-то достоверное на поведенческом уровне, невозможно — при современном уровне развития технологий — достоверно узнать, что в момент физического бездействия происходит в сознании испытуемого.

Та еще головная боль для когнитивистов и нейропсихологов, но — тема открыта, и тема интереснейшая. Особенно в свете предсказаний о массовой потере рабочих мест из-за роботизации труда.
Источник: knife.media
Поделись
с друзьями!
497
10
13
18 месяцев

Экзотические способы отдыха

В этой публикации — о тех, кто предпочитает более оригинальные способы отдыха, чем чтение книги или просмотр телевизора.

Платная тюрьма: Южная Корея



Стоимость: 700 южнокорейских вон (5900 руб.) за день.


Пока одни устраивают побег из тюрьмы, другие мечтают в нее попасть. Только надев робу, корейцам удается немного отдохнуть от работы. У постояльцев необычного «санатория» забирают гаджеты и личные вещи и запускают в одиночные камеры, где есть только набор для чаепития, коврик для йоги, блокнот и ручка. Туалет и все, что нужно для умывания, находятся в камере. Остальное — как в обычной тюрьме: общение с другими «заключенными» разрешается в строго определенное время, еду просовывают через отверстие в двери, а спать приходится на полу, подстелив матрас. Важно: свести общение к минимуму.



Проект «Тюрьма внутри» создал экс-прокурор Квон Ен-Сок в 2008 году. Однажды он подумал, что с большим бы удовольствием отправился в камеру, чем на работу. Когда проект удалось запустить, оказалось, что желающих сбежать от мира полно. Отдыхать в Южной Корее не принято, даже болеть здесь можно лишь в счет отпуска, и то не дольше месяца. Так что, за пять лет существования добровольной тюрьмы, роль заключенных примерили более 2000 человек.


Пеленание взрослых: Япония



Стоимость: 3000 японских иен (1700 руб.)


Почувствовать себя в безопасности просто: достаточно вернуться в позу эмбриона или хотя бы воссоздать ее, поджав ноги и запеленавшись, как младенец. Хотя получившийся в итоге человеческий кокон напоминает призрака из вселенной «Сайлент-Хилла», процедуру рекламируют как расслабляющую и являющуюся прекрасной альтернативой массажу. Называется она отонамаки («пеленание взрослого»).


Придумала необычный способ сбросить напряжение акушерка Нобуко Ватанабе. Она предположила, что если мамы испытают процесс возврата в младенчество на себе, то, во-первых, будут меньше бояться, что из-за пеленания у детей разовьется клаустрофобия, во-вторых, избавятся от послеродовых болей в спине. Для достижения эффекта надолго упаковываться не надо, достаточно 20 минут.

Вулканобординг: Никарагуа



Стоимость: 980–1150 никарагуанских кордоб (2000–2500 руб.)


Вулкан Серро-Негро — самый активный в Центральной Америке. За 150 лет он извергался 23 раза, последний раз — в 1999 году. Кто знает, когда он решит это сделать в следующий раз. Кажется, это прекрасное место для тех, кто уже катал фрирайд в снегах Альп и Камчатки и покорял барханы Сахары на сэндборде. Спуск на деревянной доске с высоты 700 м, пыль, камни в лицо, бешеная скорость! Кричать нельзя — ни от страха, ни от восторга, — иначе наглотаетесь пыли и, чего хуже, без зубов останетесь. Напротив, сотрудники компаний, предлагающих услугу, настоятельно рекомендуют предварительно закрывать лицо плотной тканью.



Тур обычно организуется в Леоне — городе, который находится неподалеку от вулкана. В стоимость входит подъем, снаряжение и обед.


Йога с козами: США



Стоимость: $30 за час занятий


«Козлиная йога» отличается от обычной непредсказуемостью. Вы, как обычно, выполняете асаны, при этом держите в уме, что в любой момент резвый козленок, скачущий рядом, захочет пройтись по вашей спине, полизать руки или пожевать волосы. А значит, важно быть готовым и сохранить принятую позу, пусть и с дополнительной нагрузкой.



Идея объединить йогу с козоводством пришла жительнице штата Орегон Лэйни Морс в 2016 году. Местом для проведения занятий она выбрала собственную ферму. Выложила в интернет короткое видео о своем начинании, и оно быстро обрело популярность. Довольно скоро «козлиная йога» вышла за пределы фермы.

Прогулка по крылу самолета: Великобритания



Стоимость: ₤400 (34 000 руб.)


Выйти из салона и пройтись по крылу самолета, когда он летит со скоростью 250 км/ч, — такое возможно не только в боевике. Правда, тем, кто боится высоты, об этом развлечении придется забыть — покинуть кабину предстоит на высоте около 150 м, что сравнимо с крышей 50-этажного здания. Страховка, конечно, будет. Но все равно страшно!


Предварительно придется пройти подготовку, в которую входит обучение основным сигналам руками. Ведь стоит вам покинуть кабину, как вы перестанете слышать собственный голос. Что уж говорить о криках пилота! Полет длится около 10 минут, но этого времени вполне достаточно, чтобы свежий ветер выбил из головы грустные мысли, если таковые у вас были.

Купание в пиве: Чехия, Германия, Австрия



Стоимость: €80.


«Если б было море пива, я б дельфином стал красивым», — поется в одной из песен 1990-х годов. Море, конечно, вам никто не нальет, даже в Чехии. А вот ванну — пожалуйста! Пивные спа-центры работают с 2006 года, то есть с открытия пивоварни Chodovar, где изобрели процедуру.

Чехи считают, что ванна пенного напитка не только позволяет снять стресс и хорошенько отдохнуть, но и обладает рядом целебных свойств: улучшает кровообращение, поддерживает регенерацию кожи, помогает избавиться от целлюлита, псориаза и прыщей. Не спешите хвататься за сердце из-за того, что после купания пиво сливается в канализационную трубу! На самом деле посетители салонов плещутся не в натуральном напитке, а в коктейле из пивных дрожжей и минеральной воды. А вот из крана, подведенного к ванне, идет самое настоящее пиво, которое можно пить, так как оно входит в стоимость процедуры. Жаль, длится она недолго — 20–30 минут.
Поделись
с друзьями!
1063
4
58 месяцев

Как отдыхать? Советы классиков

Как наполнить каждый летний день радостью и яркими моментами? Мы заглянули в мемуары отечественных писателей, художников и музыкантов. Планируйте летние развлечения вместе с великими классиками.

Федор Достоевский


Иван Айвазовский. Венеция (фрагмент). 1842. Государственный музей-заповедник «Петергоф», Санкт-Петербург

Исполняйте свои детские мечты. Например, отправьтесь в захватывающее путешествие, чтобы было о чем вспоминать долгими зимними вечерами.

Я был в Берлине, в Дрездене, в Висбадене, в Баден-Бадене, в Кельне, в Париже, в Лондоне, в Люцерне, в Женеве, в Генуе, во Флоренции, в Милане, в Венеции, в Вене, да еще в иных местах по два раза, и все это, все это я объехал ровно в два с половиною месяца! <...> Рвался я туда чуть не с моего первого детства, еще тогда, когда в долгие зимние вечера, за неумением грамоте, слушал, разиня рот и замирая от восторга и ужаса, как родители читали на сон грядущий романы Радклиф, от которых я потом бредил во сне в лихорадке. Вырвался я наконец за границу сорока лет от роду, и, уж разумеется, мне хотелось не только как можно более осмотреть, но даже все осмотреть, непременно все, несмотря на срок. <...> Господи, сколько я ожидал себе от этого путешествия! <...> Ведь я теперь, сидя дома, об чем тоскую наиболее, вспоминая о моих летних странствованиях?..

Отрывок из очерка «Зимние заметки о летних впечатлениях», 1863 год

Валентин Серов


Архип Куинджи. Море. Крым (фрагмент). 1908. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Не забывайте и о морских курортах. Наслаждайтесь живописными видами: заливами и лагунами, пещерами и прибрежными скалами.

Мы проезжали между скалами, ярко белевшими на голубом небе. На горизонте показалась темно-синяя полоса Черного моря, она все больше, больше стала открываться, но тут поезд круто повернул к скале, свистнул, и мы скрылись в густом туннеле: темно, душно, хочется опять на божий мир, опять смотреть. Выехали — белая стена в скале ослепительно блестела, так что глазам больно. Вот долина: сады, вдали между белыми песчаными скалами играла ярко-синяя, бирюзовая лента залива. Дорога наша вилась у подножья скал; они, точно огромные головы чудовищ, изрытые пещерами древних обитателей Крыма, глядели и лезли на нас. На берегу моря показался Севастополь, но тут опять туннель. После ехали по берегу: вода тут имела разные зеленые и лиловатые отливы...

Из письма матери Валентине Серовой. Лето 1880 года

Лев Толстой


Илья Репин. Пахарь. Лев Николаевич Толстой на пашне (фрагмент). 1887. Государственная Третьяковская галерея, Москва

Можно развеяться, и не уезжая так далеко. Главное — сменить обстановку.

Получил ваши прекрасные четыре письма, дорогой Николай Николаевич <...> Я на траве вот уже 6 недель, и не можете представить, до какой степени одурения — приятного — я дошел. <...>
Пью кумыс с башкирами, покупаю лошадь, делаю скачки, выбираю землю пахать, нанимаю жать, продаю пшеницу, сплю. Около 15 августа мы будем, бог даст, в Ясной, и тогда, очнувшись, тотчас же напишу вам и буду надеяться, что мы увидимся...

Из письма Николаю Страхову. 24–25 июля 1875 года, хутор в Самарской губернии

Федор Шаляпин


Если никак не получается уйти в отпуск, старайтесь хорошенько отдохнуть в рабочие перерывы и между проектами.

«Вчера пел концерт в Лозанне, а 10-го буду петь в Вене (тоже концерт). <...> 31 мая буду петь обычный мой концерт в Париже, а 20 июня сажусь на пароход в дальнее путешествие. Еду в Буэнос-Айрес на целое лето. Возвращусь только в начале октября. Конечно, это все было бы хорошо, если бы не приходилось потерять лето. Жалко солнышка. В особенности мне. Не много времени, пожалуй, придется радоваться ему».

«Нынешнее лето, как ты знаешь, мне не пришлось отдыхать, я ездил в Южную Америку и пел: в Буэнос-Айресе 10 вечеров, в Чили — 5, в Парагуайе — 3 и в Бразилии (Rio de Janeiro) — 1, хотя на пароходе — туда 16 дней и назад 16 дней — отдохнул и даже растолстел».

Из писем дочери Ирине Шаляпиной. 7 апреля, Цюрих, и 30 ноября, Манчестер, 1930 года

Антон Чехов


Александр Дейнека. Москва (фрагмент). 1952. Волгоградский музей изобразительных искусств имени И.И. Машкова, Волгоград

Позвольте себе расслабиться. И даже полениться, если чувствуете такое желание.

«Посылаю Вам несколько рассказов. Прислал бы более и написал бы лучше, если бы не разленился. Летом я бываю страшным лентяем, хоть и мечтаю всю зиму о трудовом лете. Ничего с собой не поделаю».

«Живу теперь в Москве, куда и благоволите адресоваться в случае надобности. Извините за лентяйство! Лето — ничего не поделаешь... Одни только поэты могут соединять свое бумагомарательство с лунными ночами, любовью... В любви объясняется и в то же время стихи пишет... А мы, прозаики — иное дело...»

Из писем Николаю Лейкину. Лето 1883 года

Михаил Нестеров


Михаил Нестеров. Девушка у пруда (фрагмент). 1923. Государственная Третьяковская галерея, Москва

Ищите новых ощущений. Гуляйте в городских парках и, конечно, влюбляйтесь.

И вот как-то была назначена в городском Ушаковском парке лотерея-аллегри. <...> Скуки ради я пошел в парк, и на лужайке, где продавались билеты, где была большая толпа жаждущих выиграть корову, вдруг остановил свой взор на двух незнакомых, не уфимских (уфимских-то я знал поголовно) барышнях.

Одна из барышень была небольшая полная блондинка, другая — высокая, стройная, темная шатенка. <...> Они обе весело болтали, но держались особняком, не смешиваясь с провинциальной толпой. Сразу было видно, что барышни были или петербургские, или московские.

Мое внимание было всецело поглощено ими. И, как на беду, не у кого было спросить о них, разузнать что-нибудь. И я, позабыв о лотерее, обо всем, стал зорко высматривать незнакомок — так они мне нравились, особенно высокая. Когда мне удавалось стать поближе, смотря на нее, мне казалось, что я давно-давно, еще, быть может, до рождения, ее знал, видел. Такое близкое, милое что-то было в ней«.

Из мемуаров «О пережитом. 1862–1917 годы. Воспоминания», глава «Уфа. Первая любовь»

Петр Чайковский


Михаил Беркос. Пионы (фрагмент). 1897. Запорожский областной художественный музей, Запорожье, Украина

Радуйтесь теплым солнечным дням и попробуйте найти летнее хобби.

Милый, дорогой друг мой! Я был очень тронут и обрадован вчерашней телеграммой Вашей. <...> Если лето будет далее все такое же небывало теплое и чудесное, как было до сих пор, то я уверен, что пребывание в отечестве на этот раз будет Вам приятнее, чем в прошлые года. Такой благодати, какую Бог посылает нам в это лето, я не запомню. Цветы у меня расцвели в невероятном изобилии. Я всё более и более пристращаюсь к цветоводству и утешаюсь мыслью, что если наступит старческое ослабление моих музыкальных производительных способностей, то я всецело предамся цветоводству...

Из письма Надежде фон Мекк. 30 июня 1890 года, село Фроловское

Николай Римский-Корсаков


Федор Шапаев. Колхозный базар в городе Дмитрове (фрагмент). 1960. Частное собрание

Как правильно питаться? Ешьте побольше сезонных овощей и фруктов. И не забывайте их мыть!

Бородин опьянен музыкой, а я ею здесь вовсе не опьянен, даже не с похмелья, а между тем обязан ею заниматься и сегодня целое утро пробыл у музыкантов, а завтра буду и утро, и вечер. Жара стоит ужасная, сегодня 26° — в тени; два раза купался... Вчера и сегодня ходил на базар, покупал вишни или черешни и ел их в изрядном количестве, предварительно споласкивая их в воде (похвали меня). Благоразумен я донельзя: свинину не ем, только раз у Небольсиных ел вареную колбасу — ну, это безопасно. Зато кабачок съедаю каждый день и что-нибудь из баранины — здесь она превосходная.

Из письма к жене Надежде Римской-Корсаковой. 11 июня 1881 года, Николаев


Татьяна Григорьева
Источник: culture.ru
Поделись
с друзьями!
1689
10
55
61 месяц

Самый экстремальный отель в мире

Из трех прозрачных номеров-капсул, расположенных на высоте 120 метров, открывается вид на Священную долину инков Урубамба, горы и звездное небо.
Закрепленные на отвесной скале в окрестностях перуанского Куско прозрачные капсулы — номера экстремального отеля Natura Vive Skylodge. Чтобы переночевать над Священной долиной инков (Урубамба) на высоте 120 метров, нужно забраться на скалу при помощи альпинистского снаряжения.

Каждая капсула мини-отеля имеет 7 метров в длину, 2,5 метра в ширину и рассчитана на четырех человек. Есть одна двуспальная кровать и две раздельные, маленькая кухня, биотуалет и раковина. Из окон открывается панорамный вид на долину и горы. Ночью номер освещает несколько ламп, которые работают на солнечных батареях.
Капсулы Skylodge Adventure Suites сделаны из прочного алюминиевого сплава, который используется в аэрокосмической промышленности и способен выдержать любые перемены погоды.

По прибытии в номер гости могут заказать бутылку вина — ее доставит профессиональный альпинист. В безветренную погоду завтрак организуют на крыше номера.
Cusco, Zipline, Via Ferrata Climbing and Skylodge Adventure Suites by Natura Vive
Источник: www.gq.ru
Поделись
с друзьями!
1976
3
76
84 месяца

Хотите отдохнуть и набраться сил? Всего за 5 минут!

Нет ничего лучше природы! Пожалуйста, подарите себе хотя бы 5 минут времени. Устройтесь поудобнее, наденьте наушники, откройте видео на весь экран и ...
Relaxing Music with Nature Sounds - Waterfall HD
Rainforest Sounds - Water Sound Nature Meditation
3 Hour Zen Meditation Music: Nature Sounds, Relaxing Music, Calming Music, Healing Music, ✿071C
Уважаемый посетитель!

Показ рекламы - единственный способ получения дохода проектом EmoSurf.

Наш сайт не перегружен рекламными блоками (у нас их отрисовывается всего 2 в мобильной версии и 3 в настольной).

Мы очень Вас просим внести наш сайт в белый список вашего блокировщика рекламы, это позволит проекту существовать дальше и дарить вам интересный, познавательный и развлекательный контент!