Презумпция невиновности: где странствовал Марко Поло и почему большинство его рассказов — не выдумка

О знаменитом путешественнике, который порой давал волю фантазии, но вместе с тем старался быть объективным.


В XIII столетии пространственные перемещения, даже в сердце цивилизованного западного мира, были непредсказуемы и чреваты опасностями. Человек, всего лишь побывавший на «другой стороне» Средиземного моря, вызывал у современников целую гамму чувств — любопытство, смешанное с недоверием и завистью. Марко Поло не был первым европейцем на Дальнем Востоке, но он первым рассказал о том, что увидел во время путешествия. И сразу после появления его «Книги» у читателей возникли сомнения — да не врет ли купец? Пристрастное изучение описаний Поло показывает: он был правдив, когда рассказывал о Китае, но многое присочинил, когда писал о сопредельных с ним странах.

Источник: Юрий Юров

«Да-да, так оно в Тибете и бывает, досточтимый друг…» — сорокапятилетний узник генуэзской тюрьмы, взятый не так давно в плен в морском сражении, наморщил лоб, силясь вспомнить, как выглядела та женщина, но не смог. Удивительно: только три лета назад, в 1295 году от Рождества Христова, он вернулся из долгих, почти двадцатипятилетних, странствий по неведомой стране, которую назвал Катаем, но отчего-то все тамошние женщины уже слились для него в одно лицо.

А ведь у него имелся веский повод запомнить хотя бы одну из них. В этом самом Тибете существовал обычай гостеприимства столь полного, что путнику предлагали не только ночлег, кров и стол, но и внимание жены или сестры хозяина — пусть и на одну ночь.

Тибетское гостеприимство. Иллюстрация к «Книге» Марко Поло. Мастер из Бусико. Ок. 1412 года Источник: Wikimedia Commons

Тем временем сокамерник Рустичелло из Пизы, романтический писака и стихоплет, арестованный за неизвестное преступление, прилежно скрипевший пером под диктовку Марко, кинул на него подозрительный взгляд. Он не знал того, что удивительные «сказки» об острове Никобар, где люди ходят нагими, украшая дома и деревья шелковыми полотнищами, о принцессе Кокачин, невесте персидского царя Аргуня, и многие другие, выходящие из-под его пера, сыграют с читателями, чей мир пока ограничивался на Востоке Иерусалимом, коварную шутку. Публика не испугается, не станет смеяться над «россказнями», а заинтересуется. А еще два века спустя — с точностью почти до года — мореплаватель Христофор Колумб из Генуи, только что не клавший себе под подушку «Книгу» Поло, отправится на поиски восточных стран, описанных венецианским купцом.

Хронология


1245–1247 годы — Плано Карпини отправляется в Каракорум и привозит папе письмо от нового Великого хана Гуюка, сменившего Угэдэя

15 сентября 1254 года — родился Марко Поло

1253–1255 годы — путешествие Виллема де Рубрука ко двору Великого хана Мункэ в Каракорум через Солдайю (Судак) и ставку Батыя в Сара

Около 1259 года — Никколо и Маффео Поло сворачивают купеческую деятельность в Константинополе

1260 год — братья Поло отправляются в путешествие по северному ответвлению Великого шелкового пути

1264 год — Никколо и Маффео входят в посольство, посланное ильханом Хулагу к Великому хану Хубилаю

1265 (66?) год — братья прибывают в Кайфэн на Хуанхэ, где находилась ставка Хубилая

1269 (70?) год — возможное время возвращения Никколо и Маффео в Венецию с просьбой прислать с ними сотню миссионеров для монголов

1268–1271 годы — Sede vacante («Вакантное место»), отсутствие на престоле Святого Петра понтифика между смертью Клемента IV и избранием Григория Х

1271 год — братья Поло берут с собой семнадцатилетнего Марко, сына Никколо, двух монахов и вновь отправляются на Восток, во владения Великого хана

ок. 1273 года — венецианские купцы достигают границ Китая

1275–1292 годы — Марко Поло на службе у Хубилая

1291 год — Хубилай поручает троим Поло эскортировать монгольскую принцессу Кокачин (Cocacin в «Книге» Поло) к жениху — персидскому ильхану Аргону (Аргуню)

1293 или 1294 год — Поло достигают ильханата, которым правит уже сын Аргона, Гайхату

1295 год — возвращение Поло из Персии в Венецию

1298–1299 годы — в генуэзской тюрьме Поло диктует книгу Рустичелло Пизанскому

1324 год — смерть Марко Поло в Венеции

Памятная медаль XIX века с профилем Поло. Прижизненных портретов купца не сохранилось Источник: Album / Oxford Science Archive / Heritage Images via Legion Media

О приключениях Никколо и Маффео в евразийских степях


Итак, мир жил в XIII веке, и если кто-нибудь мог тогда утверждать, что число это несчастливое, то уж никак не почтенные синьоры Маффео и Никколо Поло. Расположившись на маленьком архипелаге в неглубокой лагуне, их родина Венеция удобно «устроилась» возле выходов к морским путям, как будто специально для того, чтобы стать воротами, через которые течет в Европу многокрасочный поток товаров столь же ценных, сколь и экзотических.

Пройдет еще шестнадцать лет, и уже на памяти юного Марко устремится на Ближний Восток в последний, восьмой раз Христово воинство. Оно тоже потерпит неудачу. Под ударами египетского султана Бейбарса падут многие крепости крестоносцев в Сирии и Палестине. Христианский Ближний Восток продержится еще несколько лет: к концу столетия мусульмане займут Триполи, Бейрут, Тир, Сидон … и, наконец, Акру — последний оплот крестоносцев в Святой Земле, где неоднократно бывали купцы Поло. Теперь их ожидали иные маршруты.

Следя за путешествиями старших Поло, мы находимся на вполне твердой почве, хотя бы потому, что данные о них черпаем не только из «Книги», но и из некоторых архивных источников.

Экземпляр «Книги» с пометками Христофора Колумба хранится в Колумбовой библиотеке в Севилье Источник: CPA Media via Legion Media

Картина в общих чертах получается такая: в середине XIII века Никколо и Маффео жили в Константинополе, где наслаждались всеми политическими и налоговыми привилегиями, которые полагались венецианцам за поддержку, оказанную торговой республикой крестоносцам при создании Латинской империи (1204 год). Точнее — при самом завоевании византийской столицы, когда так отличились головорезы сорок первого дожа Венеции, Энрико Дандоло.

В 1261-м Михаил Палеолог, правитель Никейской империи, возвращает под свой скипетр Константинополь и поджигает Венецианский квартал. Расхожей практикой того времени было ослепление поверженных врагов: вот и захваченных итальянцев ослепили…

Но братья Поло были мудрыми людьми: они вовремя почувствовали изменение ситуации и сочли за благо свернуть бизнес и переселиться в Крым, в хорошо известный нам город Судак (тогдашнюю Сугдею, или Солдайю).

В Крыму ситуация была не легче. Старинный порт, с 1203 года освоенный европейцами и вскоре завоеванный монголами, теперь подвергался все большим притеснениям со стороны Золотой орды. И тогда братья решили не убегать от тайфуна, а двигаться в его центр. Они отправились прямо в Сарай, ко двору ордынского Берке-хана.

В то первое путешествие к монголам Никколо и Маффео прожили в столице на Волге — городе Сарай-Берке — всего год. Поняли, что не хотят обратно в Крым, раздираемый усобицей хана Берке с его двоюродным братом Хулагу — первым монгольским правителем (ильханом) Персии, и двинулись испытанными торговыми путями в Бухару, где застряли еще на три года.

Новый прорыв происходит в 1264 году: братья присоединяются к посольству, отправленному Хулагу к его родному брату и — с 1260 года — Великому хану Хубилаю, осевшему к тому времени в Ханбалыке, более известном миру под китайским именем Бэйцзин, «Северная столица» (в русском языке он стал Пекином). Через много лет Марко рассказывал, как ласково принял «латинян» этот государь, как отпустил их назад с «сопровождающим офицером» монголом Кокетеем и «золотой дщицей» (пайцзой), как потребовал снова прислать к нему уже сотню ученых людей для преподавания «семи искусств» и наказал привезти масла из священной лампады, что горит во храме Гроба Господня в Иерусалиме.

Рассказ об увлекательных приключениях братьев занимает в «Книге» десять коротеньких глав — Марко вообще лаконичен. Возьмем, скажем, главу седьмую — «Как Великий хан спрашивает братьев о делах христиан». Вот образец стиля нашего героя: «Спрашивал он их еще об апостоле, о всех делах Римской Церкви и об обычаях латинян. Говорили ему Николай и Матвей обо всем правду, по порядку и умно; люди они были разумные и по-татарски знали».

Долго ли коротко ли, но братья расстались с Кокетеем на монгольской границе, прибыли в армянскую Киликию, отплыли оттуда в Акру, столицу умиравшего Иерусалимского королевства, и узнали там две печальные новости. Во-первых, умер «апостол» Клемент IV — так Поло называли папу. Во-вторых, та же участь постигла жену Никколо и мать Марко. Значит, пора было домой.

Возможно, что оригинал этой китайской статуэтки XIV века изображает Марко Поло Источник: Erich Lessing / Album via Legion Media

Il milione: рукописи — горят?

Наверное, никого не удивит тот факт, что рукописный оригинал «Книги» Марко Поло, тот самый, что составил Рустичелло в генуэзской тюрьме на популярном в те времена смешанном франко-итальянском наречии, не сохранился. Но известно, что сочинение это очень быстро (в течение нескольких месяцев) разошлось в списках по Европе и получило несколько названий, самое известное из которых — Il Milione — «Миллион». Это имя производят иногда от предполагаемой склонности Поло к преувеличениям («Миллион неправд»), а иногда — от ласкового прозвания самого Marco Emilio Polo — Emilione.

Сам же автор озаглавил свой манускрипт «Divisament dou Monde», «Описание мира». Но нынче — в названиях полный разнобой. Англия предпочитает «Путешествия Марко Поло», во Франции печатают «Книгу Великого хана», другие этот труд определяют как «Книгу о многообразии мира». А чаще всего говорят просто — «Книга Марко Поло».

Она состоит из четырех частей: в первой описаны Ближний Восток и Центральная Азия (дорога в Китай), во второй — сам Китай и двор Хубилая, в третьей — некоторые прибрежные районы Дальнего Востока, Восточной и Южной Азии: Япония, Индия, Шри-Ланка, а также восточный берег Африки (уж вовсе невероятно, чтобы Поло там появлялся). И, наконец, в четвертой книге рассказано о недавних войнах монголов и о некоторых странах к северу от Китая. К примеру, о России, которой автор посвящает такие слова:

«Живут тут христиане греческого исповедания. Тут много царей и свой собственный язык; народ простодушный и очень красивый; мужчины и женщины белы и белокуры. На границе тут много трудных проходов и крепостей. Дани они никому не платят, только немного царю Запада; а он татарин и называется Тактактай» (Речь идет о хане Золотой орды Тохта, или Тохтогу (1290–1312). — Прим. ред.) …Хочу сказать о Росии кое-что, что я забыл. Знайте, по истинной правде, самый сильный холод в свете в Росии; трудно от него укрыться. Страна большая, до самого моря-океана; и на этом море у них несколько островов, где водятся кречеты и соколы-пилигримы, все это вывозится по разным странам света. От Росии, скажу вам, до Норвегии путь недолог, и если бы не холод, так можно было бы туда скоро дойти, а от великого холода нелегко туда ходить. Оставим это и расскажем о большом море».

Венеция мало изменилась с ХIII века. На мосту Реальто торговля все так же бурлит Источник: Harald Dostal via Legion Media

О путешествии на Восток апостольских послов


Случилось так, что между смертью Клемента IV в 1268 году и избранием его преемника, Григория Х, прошло целых три года. А Поло не могли ехать назад к хану без обещанных ему «специалистов», поэтому — ждали. Тем временем окончательно подрос Марко — ему исполнилось шестнадцать.

С новым понтификом старшие Поло познакомились еще на обратном своем пути, в Палестине, где тот служил легатом Римской церкви и звался Теобальдом Висконти из Пьяченцы. Так что, заняв римскую кафедру, Теобальд-Григорий воспользовался рвением братьев и, выделив им в помощь двух монахов вместо искомой сотни, благословил на путешествие.

Пересказывать подробно маршрут смысла нет: Марко описал его весьма красочно. Отплыв в 1271 году из Венеции, три купца опять пересекли Средиземное море, добрались до Акры, а оттуда — снова водным путем до берегов Малой Азии. Затем прошли по современной Армении, обратились на юг, добрались до Персии и достигли порта Ормуз — на берегу одноименного пролива.

Здесь они надеялись сесть на корабль до Китая, но, убоявшись ненадежности судоходства в Индийском океане, изменили планы и отправились сушей — через Персию в Афганистан, по одному из основных ответвлений Шелкового пути. Перевалили через Памир и — от оазиса к оазису, через Ферганскую долину, с древности славную лучшими лошадьми Востока, добрались до Кашгара.

От Китая их отделяли теперь только пустыни — страшная Такла-Макан и мало уступающая ей Гоби. Торговцы прошли южной кромкой Такла-Макана, где, наконец-то, после всех тягот предыдущего пути имелись и свежая вода, и еда, и вьючные животные. Так называемый Ганьсуйский коридор, соединяющий два песчаных царства, милостиво пропустил караван, и братья достигли крепости Цзяюйгуань — первого пункта на западной оконечности Великой китайской стены.

Как известно, Марко Поло не упоминает об этом величайшем сооружении в своей «Книге», что часто ставится ему в вину скептически настроенными историками, но так ли удивительно подобное молчание? Ведь на долгом своем пути венецианцы видели сотни крепостей и крепостных валов. Они могли просто не осознать важности и величия сооружения, между прочим, почти не задержавшего монголов при завоевании Китая. Да и окончательно стена завершена была лишь после воцарения династии Мин в 1368 году.

Следующая большая остановка на пути купцов — город Дуньхуан, с его пещерами Тысячи будд, искусством рытья гротов и прочими чудесами, откуда уже рукой подать до Ханбалыка-Пекина.

«Три с половиною года, знайте, странствовали они по причине дурных дорог, дождей да больших рек, да потому еще, что зимою не могли они ехать так же, как летом»…

Папа Григорий X посылает Поло во владения Великого хана. Мастер из Бусико. Ок. 1412 года Источник: CPA Media via Legion Media

Предшественники Марко Поло


Торговые пути из Европы в Китай и обратно (через оазисы Центральной Азии) существовали по крайней мере со II века до н. э. — в исторических хрониках Поднебесной упоминаются путешествия торговцев в Си-Юй — «Западный край». Очевидно, основные маршруты и тогда примерно соответствовали современным, но лишь в конце XIX века немецкий географ Фердинанд фон Рихтхофен назвал эту дорогу «Шелковым путем»: ведь еще римляне получали по ней именно шелк из таинственной «страны серов» (sericum — на латыни «шелк»), где его якобы счесывали с деревьев.

Доходили до Китая и западные товары — стекло, монеты, украшения. Первыми европейцами на Дальнем Востоке стали несториане, которые уже с VI века добирались до города Чанъань (современная Сиань). Впрочем, они не собирали для европейцев сведения о «новой стране», а заботились лишь об укреплении собственных позиций при дворе династии Тан (618–907) и распространении своего учения.

Далее, между несторианами, к середине X века «выдавленными» из Китая властями, склонявшимися к буддизму, и нашим героем лежат три «темных» столетия — письменные свидетельства о контактах с европейцами отсутствуют. Однако торговля продолжалась, так как и на Западе, и на Востоке мы обнаруживаем в этот период товары с противоположных концов света. При этом путешественники, безусловно, не всегда «следовали до конечной станции», к тому же Шелковый путь имел множество ответвлений.

Первым из описавших свои приключения послов был Джованни де Плано Карпини (ок. 1180–1252), посетивший ставку хана Гуюка в Каракоруме. Он в 1245 году проехал через Киев, донские и прикаспийские степи, Хорезм, Семиречье и Тарбагатай (город в Синьцзяне), чтобы уже через два года вернуться к папе Иннокентию IV с «Историей монголов».

В небольшую оставшуюся «лакуну» между Карпини и Поло вклинился еще один францисканец — фламандец Виллем де Рубрук (1225–1291), в 1253–1255 годах выполнявший особое поручение Людовика IX Святого Французского. Он отправился ко двору уже нового хана, Мункэ, и тоже сочинил о том отчет — «Путешествие в восточные страны». Ни Карпини, ни Рубрук, однако, не были в «застенном» Китае; здесь Марко Поло оказался первопроходцем.

Хан Хубилай

О том, как Марко служил у Великого хана


Хубилай (1215–1294) — внук Чингисхана и формально верховный правитель всех монголов, а также основатель династии Юань, вытеснившей из Китая династию Сун, — был прославлен на Западе именно Марко Поло, причем с минимальным искажением имени: Кубла-хан (именно так его потом станут называть европейские поэты).

Маршруты путешествий в Китай Никколо, Маффео и Марко Поло Источник: журнал «Вокруг света»

В XIII веке империя Чингисхана распалась на четыре части: Кыпчакское ханство (Белая и Золотая Орда), Ильханат, расположившийся в Персии и на Ближнем Востоке, Чагатайский улус в Центральной Азии и Великое ханство, контролировавшее «коренной юрт» — саму Монголию — плюс весь Китай. При Хубилае общая территория монгольской державы достигла максимума: именно он к 1279 году покорил последние независимые земли к югу от Янцзы.

С того момента, как перед грозным завоевателем предстали гости с другого края света, начинаются легенды и «проблемы». Марко заявляет в «Книге»: он-де понравился правителю, тот отметил знание им четырех наречий (точно неизвестно, что за языки это были — скорее всего, турецкий, арабизированный персидский, уйгурский — официальный письменный язык монголов в Китае, и, возможно, азы монгольского-«татарского»).

Скорее всего, Поло не был в Армении и Грузии, но его отчеты об этих странах довольно точны. Иллюстрация к «Книге» Марко Поло. Мастер из Бусико. Около 1412 года Источник: Wikimedia Commons

Странно, что Марко ни словом не упоминает о причудливой местной письменности! Но ведь купеческая практика «в походе» во многом отличалась от торговли на родине, и в первую очередь — способами общения и заключения сделок. Чужой разговорный язык усваивался быстро — того требовал процесс купли-продажи. Но практиковаться в чужом письме, да еще в таком экзотическом, у купцов времени не было. И зачем это письмо им? Ни чеков, ни накладных тогда не существовало. Успеха в далеких землях добивался тот, кто умел говорить, устанавливать доверительный контакт, иными словами, — кто был хорошим коммуникатором. Поло, несомненно, видел образцы уйгурского и китайского письма — последнее присутствует в любом китайском храме, — но отчего-то не упоминает об этом.

Хубилай принимает дары венецианцев. Иллюстрация к «Книге» Марко Поло. Мастер из Бусико. Около 1412 года Источник: Wikimedia Commons

Другой вопрос — служба молодого венецианца у Хубилая. Как получилось, что Великий хан давал административные и дипломатические задания чужаку, юнцу двадцати лет от роду? То собрать секретную информацию в нынешней Юньнани (Юго-Западный Китай), то съездить в Ханчжоу, то приглядеть за сбором налогов или за осадой города…

Поло так описывает начало своей деятельности: «Увидел Великий хан Марко — а тот тогда был молодцом — и спросил: „Это кто?“ — „Государь, — отвечал Николай, — это мой сын, а твой слуга“. — „Добро пожаловать“, — сказал Великий хан». Неожиданная удача! Надо, впрочем, иметь в виду: редакции «Книги» разнятся, в одной из них говорится, что венецианец три года губернаторствовал в Янчжоу (примерно между 1282 и 1287 годами), а в других — нет! В то же время монголы довольно широко привлекали к управлению представителей разных народов, которых называли «цветноглазыми» — «сэму». Чаще всего это были уйгуры, но «латиняне» ничем им не уступали.

Зачем венецианец отправился на Восток?


Ответ на этот вопрос формально очень прост: все члены семейства Поло были в первую очередь купцами, причем успешными. Следовательно, путешествовали они не только в сопровождении дипломатов и монахов (эти последние присоединились только ко второму походу венецианской семьи, следовавшей на сей раз с папским посланием), но и с товарами.

Состояние Поло сколотили еще в Константинополе и потом приумножили его в Крыму и на Волге. Какие бы ни ложились дороги перед предприимчивыми итальянцами, они всегда брали с собой экзотические предметы из последнего места пребывания, продавали их по дороге — скажем, в Бухаре после Самарканда — там обзаводились новым товаром (к примеру, тканями и специями) и двигались дальше. В таком режиме они и преодолевали огромные расстояния.

Восстановленный после пожара 1596 года отчий дом Поло в Венеции Источник: Shutterstock/Fotodom.ru

Официальные приемы простых купцов при ханском дворе тоже не должны нас удивлять. Ведь с древнейших времен дипломатия на Востоке, и в особенности в Китае, служила просто «другой формой» торговли. Даже то, что китайцы называли в своих летописях «данью», являлось на самом деле ритуально освященным обменом дарами — «варвары» везли государю своих лошадей, яшму или продукты ремесла, а тот зачастую возвращал им их стоимость в двойном-тройном размере — шелковыми тканями, бронзовыми изделиями, украшениями.

Не составили в этом смысле исключение и Поло. Как и тысячи их безымянных предшественников на Шелковом пути, они, вероятно, не стали распродавать в монгольской столице остаток товаров, сохранившийся после месяцев дороги, а приберегли его для ханской столицы.

Когда Никколо и Маффео с юным Марко предстали перед ханом (два сопровождавших монаха отстали от каравана), они имели при себе для передачи не только послание римского понтифика, но и богатые дары, из числа которых сам Поло упоминает, правда, лишь масло из иерусалимской лампады. Но можно догадаться, что присутствовало там и венецианское стекло (в частности, бисер, который высоко ценился повсеместно), и драгоценности, на торговле которыми специализировались братья.

Выдающийся средневековый арабский путешественник Ибн Баттута (1304–1377) примерно полвека спустя писал: «Китай — самое безопасное и лучшее место в мире для путешественника. Путник один может совершить переход в девять месяцев и ничего не бояться, даже если он нагружен сокровищами. На каждой станции есть гостиница, за которой присматривает специальный офицер с отрядом пеших и конных солдат… С путниками он направляет до следующей станции человека, который должен вернуться с письмом от офицера этой второй станции, подтверждающим, что все прибыли».

Пользуясь этим благоприятным режимом, Марко наверняка и к обратному путешествию в Европу во множестве приобрел уже местных, китайских товаров. «Книга» полна упоминаний о них. По мере же продвижения и по китайской территории, и по другим занятым монголами областям (где, надо полагать, существовали примерно те же порядки) купец расставался с прежними запасами и приобретал новые, с тем чтобы в следующем караван-сарае реализовать и их.

В Тебризе Поло посетил крупнейший в мире рынок жемчуга, привозимого сюда с берегов Персидского залива, из Восточной Африки и Шри-Ланки. Купцы Поло покупали, продавали, пускали в оборот деньги, задерживаясь иногда подолгу на одном месте, и, описав неторопливый круг, возвращались в родную Венецию.

Марко не пишет, что именно он привез из Китая, — вероятно, для его современников приблизительный список таких предметов был очевиден и не представлял интереса, в отличие от рассказов о неведомых странах. Но другие источники косвенно свидетельствуют о «типовом» наборе купца-путешественника. Например, китайские хроники повествуют: в XI–XII веках в Кантоне, Ханчжоу и других портах до 10% от стоимости самого товара поднялись налоги на вывозимые жемчуг и камфару, до 30 — на черепаховый панцирь и пихтовое дерево (платили, естественно, натурой). Вывод ясен — всем этим и торговали.

О том, как создавалась «Книга»


Сомнения в том, что наш герой действительно путешествовал в Китай, имеют под собой основания. В «Книге» масса ошибок, домыслов, преувеличений и пропусков. Современный человек, живущий на Земле, лишенной белых пятен, покоривший оба полюса, развивающий космический туризм и лишь изредка верящий в инопланетян, не осознает, как работало сознание средневекового негоцианта.

«Книга» Марко Поло — повествование купца XIII века. В этой характеристике важны все три слова. Во-первых, тогдашнее «повествование» подразумевало сознательное включение в текст диковин. Тут и «темные острова», где никогда не бывает солнца, и люди с собачьими головами, и неправдоподобно огромные рыбы… Они сами возникают в памяти рассказчика, когда речь заходит о непривычном укладе жизни, особенно если этот рассказчик не понаслышке знает, что такое, скажем, «бестиарий». Или читал то, что полагалось читать людям его круга. Например, «Александрию» — греческую повесть об Александре Македонском конца II или начала III века, полную фантастических рассказов о неведомых странах.

Обложка английского издания «Книги» Источник: Wikimedia Commons

Марко хорошо знал это сочинение — он дискутирует с ним, рассказывая о нынешнем Дагестане (в земли которого включает Грузию), и в данном случае — наоборот, отвлекаясь от чудес, проявляет себя аналитиком. К примеру: в старинной повести Александр строит между горами Кавказа и Каспийским морем крепость для защиты от татар. Но нет, возражает Поло: «то были не татары, а куманы (кыпчаки) и другие времена: татар в то время не было».

В Европе XIII века книги еще не печатали (в отличие от того же Китая, да только Поло о том не упомянул), а переписывались от руки, и их, естественно, было мало. Зато в тех, что существовали, теснятся порождения ума сколь проницательного, столь и мало знающего о другом, внешнем мире. Сколь богатого воображением, столь и — добросовестного. С легкой руки Франсиско Гойи мы любим повторять: «Сон разума рождает чудовищ». Не только невежество — законы жанра рождают их в не меньшем разнообразии и количестве.

Итак, что же поставили в вину венецианскому путешественнику? Где поймали его за руку и кто поймал?

В тисках средневековой «логистики»


Организация караванной торговли на дорогах Великого шелкового пути была отработана веками. В «западных» областях, до Центральной Азии — брали для вещей телеги и повозки, запряженные быками, а также вьючных лошадей (так указывает Рубрук). Сами путешественники тоже передвигались верхом. Перевалив же через Памир, где-то по дороге к Кашгару и вдоль южной части Пути, окаймляющей пустыню Такла-Макан, — пересаживались и перегружали поклажу на верблюдов, которые «двигали» караван — от оазиса к оазису, от постоялого двора к базару, от крепости к крепости.

После Дуньхуана, первого китайского форпоста на Западе, — снова на конях и повозках… Никакой специальной личной охраны у путников, как правило, не имелось, за исключением редких случаев. Скажем, на обратном пути из первого похода братья Поло, согласно выданной им золотой ханской пайцзе (своего рода «подорожной»), получили нескольких провожатых. А в остальных случаях — передвигались они как все «нормальные» купцы той эпохи: то одни, то прибившись к какому-нибудь большому попутному каравану.

В «Книге» Марко указывает расстояния между пунктами в дневных переходах, и мы можем заметить по некоторым географическим данным, что средний такой переход составлял в XIII–XIV веках 20–25 километров.

В Таиланде поставили памятник Поло, считая его первым европейцем, который побывал в Сиаме Источник: Shutterstock/Fotodom.ru

Почему венецианский купец оказался фантазером


Довольно долго факт продолжительного пребывания Поло на Дальнем Востоке не вызывал ни у кого сомнения. Ни Г. Потье, профессор Парижской школы восточных языков и редактор французского издания «Книги» 1865 года, ни выдающийся востоковед Анри Кордье, ни британский полковник, географ и историк сэр Генри Юл, к 1903 году выпустивший три издания «Путешествия Марко Поло» на языке Шекспира и Дрейка, — никогда не сомневались в присутствии венецианского юноши при дворе Хубилая.

Великий хан Хубилай в «теремце на четырех слонах». Миниатюра из французского издания «Книги». Ок. 1410 года Источник: CPA Media via Legion Media

Или вот — 1906 год. Француз Поль Пельо проводит экспедицию по приблизительному маршруту Марко из России в Китай. Теми же древними дорогами устремляются в Центральную Азию швед Свен Хедин и прославленный английский археолог Орел Стейн, название труда которого — «Развалины пустынного Катая» — содержит аллюзию на знаменитый источник. Знаете, что лежало в переметных сумах шведа и британца вместо путеводителя? Угадали: «Книга» Марко Поло.

Но вот наступил конец скептического ХХ века, астрономы с математиками задумались о «всемирном хронологическом заговоре», расцвела компаративистика (историческое языкознание), китаеведы стали читать тюркологов, и все вместе — средневековых путешественников.

Еще в 1966 году поднялся первый голос против венецианца: немецкий монголовед Герберт Франке из Мюнхена опубликовал в одном из научных журналов Гонконга сенсационную статью. По мнению Франке, Поло… позаимствовал главы, посвященные Китаю, из ныне утерянной арабской энциклопедии и, скорее всего, до Дальнего Востока вовсе не доехал.

Так что когда в 1995 году мисс Фрэнсис Вуд, директор Китайского отделения Британской национальной библиотеки, пошла дальше, ее маленькая книжка «Действительно ли Марко Поло был в Китае?» была встречена благосклонно. В своей работе мисс Вуд тоже пыталась доказать, что венецианец в Срединную империю не путешествовал, а был простым компилятором, в жизни своей не двинувшимся дальше венецианских торговых форпостов на Черном море и в Константинополе.

Англичанин Энтони Дженкинсон создал свою карту в 1562-м, базируясь на схеме маршрутов Поло, которые он отчасти повтори в 1557–1571 гг. Он, в частности первым включил в карту восточные земли России Источник: Wikimedia Commons

Еще через два года в Лондоне выходит и вовсе таинственная книжка Дэвида Сэлбурна с длинным, стилизованным «под старину» названием «Город Света: тайный дневник человека, приехавшего в Китай за четыре года до Марко Поло». Автор пишет о просвещенном еврейском купце Якобе из Анконы (город в Италии), утверждая, что тот достиг Китая в 1271 году и записал свои впечатления. Однако оригинальный текст так и не был предъявлен публике, даже в фотокопиях. Пока приходится довольствоваться объяснением, что истинный владелец манускрипта «тщательно бережет инкогнито». Общественность пытается надавить на Сэлбурна, но тот не сдается.

Так вот, якобы Марко все списал у Якоба. Но был ли Якоб? Нет ответа.

Ну и, наконец, в 1999 году еще несколько сотен страниц, обличающих средневекового купца, пишет некто Дитмар Хенце. В духе постмодернизма он объявляет всю историю Il Milione грандиозной мистификацией («der kolossalste Schwindel»).

На чем же основаны все эти обвинения? На нескольких позициях или тематических «блоках»:

§ 1. «In absentia» («заочно») или «ex silentio» («по умолчанию»)?


Ни Марко, ни Никколо, ни Маффео Поло ни словом не упомянуты в китайских источниках. Аргумент серьезный: китайская история — самая документированная в мире. Начиная с первого централизованного государства Цинь (221–206 годы до н. э.) при императорском дворе создавались дотошные династийные летописи — в соответствии с четким каноном, включавшим в себя раздел «Лечжуань» («Биографии»).

Этого биографического раздела не миновал ни один выдающийся иностранец, а тем более — достигший императорского двора и милостиво при нем принятый. Тут есть свои сложности: в китайском языке ограниченное количество слогов, а потому нелегко опознать в Ли Мадоу итальянского миссионера XVI–XVII веков Маттео Риччи, а в Лан Шинине художника XVIII века — Джузеппе Кастильоне.

Потье, правда, попытался отождествить нашего героя с неким По-ло, упомянутом в биографическом разделе «Юаньши» династийной истории Юань… Но на самом деле это не тот Поло! Речь идет о монголе Болад-ага, которого араб Рашид ад-Дин (1247–1318) в «Истории монголов» называет Пуладом.

И это только первый козырь. В рукаве у Фрэнсис Вуд таких еще много. Марко Поло не пишет ни о китайском чае, ни об обычае бинтовать женщинам ноги, чтобы те оставались крошечными (это варварство отметит Одорико Порденоне, путешественник XIV века), ни даже о книгопечатании. Таких пропусков англичанка набирает на четыре главы! Наконец, самое существенное: венецианец заявляет, что, будучи официальным представителем хана, вместе с отцом и дядей помог завершить кровавую осаду Сянъяна — города в современной провинции Хубэй.

«Говорили тут два брата и сын, господин Марко: «Великий государь, есть у нас мастера, делают они такие снаряды, что большие камни бросают; не выдержит этот город; станут машины бросать камни, тут он и сдастся. […] По милости Николая, Матвея да Марка вышло так, и немалое то было дело». Да только вот беда: монголы овладели Сянъяном в 1273 году, когда семейство Поло только въезжало в Китай…

И все-таки уже здесь, на дальних подступах к истине, вступимся за венецианца. «В списках не значится» не означает «не был», наука не стоит на месте: возможно, китайскому «псевдониму» Поло еще предстоит быть расшифрованным. Существует масса локальных источников, которые почти никто не изучал с целью обнаружить в них именно имена членов семейства Поло. С Сянъяном дело обстоит сложнее, но вполне вероятно, что Марко просто приписал себе чужие заслуги. Что же касается метательных орудий, то монголы не нуждались в консультациях венецианцев, поскольку имели собственные превосходные катапульты.


§ 2. Где находится Шессиемюр?


Критики совершенно запутались в маршрутах Марко Поло: его многочисленные выезды из Ханбалыка трудно восстановить по «Книге» четко и последовательно. Тем более — почти не идентифицируются упомянутые автором китайские и монгольские топонимы (особенно в провинции Юньнань). Для той области науки, которая называет себя исторической географией, Il Milione представляет непаханое поле. Не легче обстоит дело и с другими странами, где побывал или не побывал Марко. Скажите на милость, что такое Камади? А Реобарл? Шессиемюр? О какой-такой Кала Атаперистан, «крепости огнепоклонников», толкует путаник-венецианец? Неудивительно, что «враждебный лагерь» отказывает ему в достоверности потому, что таких названий нельзя обнаружить в известных источниках. Или все-таки можно?

И тут заметим не без гордости, что мировой науке сильно помогли отечественные специалисты — в частности, переводчик и комментатор «Книги», петербургский профессор-буддолог Иван Минаев (1840–1890). Камади оказался Каманди, Каманду или Шамандом — городом торговцев в восточной части Ирана, на пути к Ормузскому проливу (ныне развалины его находятся возле селения Керимабад). Реобарл — это Робарл или Беобарл, местность между Керманом и тем же Ормузом (ныне — Бендер-Аббас). А Шессиемюр — это просто Кашмир. Кажется, мы пока не можем локализовать эту конкретную крепость парсов-зороастрийцев. Тем лучше. Значит, есть над чем поработать.

§3. Что в имени тебе?..


Наблюдательные комментаторы, в частности Поль Пельо, подметили, что большинство китайских названий и личных имен воспроизведены в «Книге» не в китайском, а, скорее, в персидском варианте. Например, Янгуи вместо Янчжоу, Фуги вместо Фучжоу и так далее. Француз находит соответствия этих форм тем, которые приводит Рашид ад-Дин. Такова ситуация и с самим Ханбалыком, «городом хана», упоминающимся у мусульманского историка в той же форме. Возникает вопрос: не услышал ли Марко все эти слова на ближневосточных постоялых дворах? Или прочел в арабских хрониках?

По размышлении и эта проблема представляется надуманной. Если до сих пор не на жизнь, а на смерть бьются поклонники «суси» и «суши», если в китайском ресторане в Москве можно вместо «гулаожоу» (говядины под сложными соусами) получить «гуляороу» — и это в XXI веке, когда китаеведение обеспечило мир официальной системой транслитерации, — то что говорить о столетии XIII, когда ухо одного путешественника слышало «Манчестер», а другого — «Ливерпуль»?! Да и основным «купеческим» языком на Востоке служил как раз персидский: китайский был ему не указ. Приведем в этой связи наглядный литературный пример:

«В стране Ксанад благословенной
Дворец построил Кубла Хан,
Где Альф бежит, поток священный,
Сквозь мглу пещер гигантских, пенный,
Впадает в сонный океан».

О боже, скажет читатель. Где это? Безусловно, речь идет не о том Китае, который мы четко представляем себе на карте Евразии, упирающимся в Тихий океан. А ведь английский поэт Сэмюэл Колридж написал своего «Кубла-хана» за два года до завершения просвещенного XVIII века. Через добрых 500 лет после поездки Марко, Никколо и Маффео. И Ксанаду при этом — не плод больного воображения поэта. Автор имел в виду Шанду («Верхнюю столицу») — летнюю резиденцию Хубилая, но с правильным транскрибированием китайских слов явно не дружил. Так чего же требовать от купца, сидевшего в тюрьме без дневников и вспоминавшего далекую чужую страну?

…Скажем с полной уверенностью: Марко описал массу мест, в которых не был, но о которых — слышал. Он этого не скрывает, а, напротив, пишет с трогательной купеческой основательностью: «…наша книга расскажет ясно по порядку, точно так, как Марко Поло, умный и благородный гражданин Венеции, говорил о том, что видел своими глазами, и о том, чего сам не видел, но слышал от людей нелживых и верных».

Ни Вуд, ни Франке не заметили: Поло не видел даже Самарканда (туда ранее заезжали его родственники), не посетил он Каракорум, вряд ли ступала его нога на территорию Бирмы и Бенгалии, Тонкина и Японии. А ведь сколько диковин рассказал он хотя бы об этой последней. И жители-то там белые, и золота много — не только полы во дворце правителя выложены им, но и крыша! Не потому ли потом так стремились к «острову Чипангу» сподвижники Колумба?

А сколько фантастических на вид описаний присутствует в книге! То в каком-то закавказском озере на Пасху появляется рыба, дотоле там весь год отсутствовавшая. (Тут мы, правда, разочаруем скептиков: происходит это в озере Севан из-за подъема уровня воды во время таяния снегов, которое приходится на время Великого поста.) То благочестивый сапожник, ранее собственноручно высадивший себе шилом глаз, чтобы не смотрел на женские ножки, заставляет передвинуться гору и тем спасает единоверцев от неминуемой гибели от руки «сарацинского калифа». То расскажет о Старце горы, ассасинах и их очарованном сне, а то и вовсе о единороге или птице с гигантскими крыльями, способной унести слона (и мы немедленно вспоминаем арабскую птицу Рух).

Перебор? Вряд ли. Не стоит грозить автору пальцем. Мифологическое сознание даже такого трезвого человека, как венецианский купец, говорило ему: «Мир полон неизвестных чудес. Я в них верю — поверьте и вы».

По легенде, священник попросил Марко сознаться на смертном одре: нагородил, мол, в книге всяческой лжи. «Я не рассказал и сотой части того, что было», — выдохнул на прощание венецианский купец. В этом сомневаться не приходится.

Марко Поло в татарском костюме

Приключения «книги»


«Книге» Марко Поло на долгом ее веку пришлось попутешествовать не меньше, чем автору. О судьбе оригинала, писанного рукой Рустичелло, сведений не сохранилось. А вот достоверно установленным владельцем одной из первых роскошно иллюстрированных копий был Иоанн Бесстрашный, герцог Бургундский (1371–1419): именно как его подарок она значится в описи имущества герцога Жана Беррийского.

После смерти герцога книга перешла к семейству Арманьяк, затем — на какое-то время пропала, чтобы всплыть в начале XVI века в библиотеке короля Франциска I. Теперь этот список хранится в парижской Национальной библиотеке и датируется как раз первыми годами XV столетия, когда правил Иоанн.

Книгу иллюстрировали лучшие художники своей эпохи: знаменитые мастера из Бусико (37 миниатюр), а также из Эгертона и Бедфорда (44). В севильской Колумбовой библиотеке сохранился экземпляр «Книги» Поло, принадлежавший первооткрывателю Америки, с пометками владельца на полях. Том был выпущен на латыни между 1485 и 1490 годами, перед первым путешествием великого генуэзца. Экземпляры последующих изданий Il Milione сохранились уже во множестве.

О том, как защищается купец, о королях и фарфоре


Сомневаться не приходится еще и потому, что имеются также побочные свидетельства похождений Поло. В качестве примера можно привести рассказ о том, как завершились приключения венецианца в Китае.

Хубилай долго не хотел отпускать от себя купцов, хотя они уже давно просились на родину. Но тут помог случай. Приблизительно в конце 1291 года персидский ильхан Аргон прислал ко двору трех послов, с тем чтобы те привезли ему невесту — монгольскую принцессу Кокачин. Невеста послам понравилась, Великий хан согласился на династический брак, а Поло, сдружившийся с послами, все-таки сумел добиться позволения отправиться с ними домой.

И тут наконец-то сходятся целых три источника: «Книга», хроника Рашид ад-Дина и указ Хубилая! Венецианец называет трех персидских послов: Улатая, Апуска и Кожа, араб в своем «Сборнике летописей» — второго из них, те же имена фигурируют в тексте богдыханского рескрипта. Что же, выходит, и с источниками все не так плохо?..

Есть и другие совпадения: текст не ошибается во многих датах. Поло отправились в Китай после избрания папы Григория Х (1271 год) — верно. Они вернулись в Венецию в 1295 году, спустя 17 лет, проведенных в Китае, — тоже верно (этот факт подтверждают архивы Венецианской республики). Верны даты тюремного заключения путешественника, последовавшего за морским сражением венецианцев с генуэзцами. В завещании (1324 год) Поло упоминает монгольского раба — оно тоже хранится в городском архиве.

Ваза из китайского фарфора — селадона — единственный уцелевший артефакт, привезенный Поло в Венецию Источник: Lin Meicun / Cambridge University Press

И все же основная ценность «Книги» — в том, что представляет она собой не обыкновенный дневник путешественника и даже не руководство для путешествующего средневекового купца. Это замечательный литературный путеводитель с огромным количеством практической информации. В нем указаны расстояния между населенными пунктами в дневных переходах, приводятся перечни сельхозпродуктов, живности, полезных ископаемых, ремесленных товаров, присутствуют религиозные и политические наблюдения…

Интересуют Поло и пейзажи (например, романтическое описание сучжоуских и ханчжоуских мостов), и обряды, и традиции. Не забывает он рассказать о роли женщины на Востоке, делая это даже с особым вкусом, повествуя о гаремах, женах и наложницах ханов и о тех самых «женщинах для гостей», с которых мы начали свой рассказ. А еще именно Поло поведал Европе о монгольских суевериях, о статусе императора в Катае, о бумажных деньгах и фарфоровых чашках.

А пока Игорь де Рашевилтц из Канберры и Уго Туччи из Падуи отвечают Фрэнсис Вуд гневными статьями, отстаивая доброе имя и заслуги венецианского купца, давайте скажем себе: да, мы знаем далеко не все об этом путешествии. Да, оно исполнено преувеличений и сказок. Да, автор Il Milione многое выдумал. Но он все-таки был в Китае.

Материал опубликован в журнале «Вокруг света» № 3, март 2007, обновлен в апреле 2024

Автор текста: Динара Дубровская
Источник: vokrugsveta.ru
Поделись
с друзьями!
314
0
10
25 дней

10 людей, соверших невероятные пешие путешествия

Половина жителей нашей планеты с трудом отрывается от дивана, особенно если дома есть высокоскоростной Wi-Fi, но в мире еще остались замечательные люди, посвятившие свою жизнь путешествиям.


Кто-то из них объездил множество стран на машине, кто-то добирался до отдаленных уголков на самолете. Но есть и люди, которые преодолели огромные расстояния пешком. Некоторые из них шли вперед, преследуя определенные цели, другие просто стремились как можно лучше познать окружающий мир во всем его великолепии. Кого-то спонсировали, а кто-то путешествовал без денег и даже без нормального снаряжения.

Представляем вашему вниманию истории десяти людей, доказавших, что человек может быть очень выносливым и иметь невероятную силу воли.


Джон Фрэнсис - «Ходящий по планете»


Джон Фрэнсис за свои заслуги получил прозвище Planetwalker

Джон Фрэнсис за свои заслуги получил прозвище Planetwalker (в переводе — «ходящий по планете»). В далеком 1971 году он случайно стал свидетелем утечки нефти в порту Сан-Франциско. Столь халатное отношение к природе шокировало Фрэнсиса, и он решил начать свою личную акцию протеста.

На протяжении следующих 22 лет Джон ни разу не ездил на автомобилях. Вместо этого он начал ходить пешком по всей Америке. Но этого Фрэнсису было мало. В 1973 году он погрузился в полное молчание и не разговаривал ни с кем почти 17 лет. Чтобы общаться с окружающими, он пользовался жестами и писал записки.

Многие люди считали, что у Фрэнсиса не все в порядке с головой, но его это нисколько не заботило. Пока Джон вел столь необычный образ жизни, он даже смог получить докторскую степень.

За 22 года Джон Фрэнсис обошел все 48 американских штатов (не добрался он лишь до Гавайев и Аляски, что вполне логично) и даже дошел пешком до Южной Америки. Только в 1993 году он наконец начал использовать транспортные средства. Сегодня этот чудак занимается политикой. Кстати, несколько лет назад он выпустил книгу о своей жизни.

Сара Маркиз


Сара Маркиз со своей тележкой путешествует по безлюдной местности

Американка Сара Маркиз еще в 17-летнем возрасте пересекла Турцию на лошади. С того времени она посвятила жизнь продолжительным пешим экспедициям. В 2000 году Сара за 126 дней прошла от американо-канадской до американо-мексиканской границы. Общая длина пройденного пути превысила 4260 километров.

В следующие несколько лет никаких экстраординарных поступков Маркиз не совершала. Но в 2006 году страсть к путешествиям снова взяла верх. 8 месяцев подряд женщина покоряла вершины Чилийских Анд. И после этого снова ушла на заслуженный четырехлетний отдых.
Жажда приключений проснулась в 2010 году. Тогда Маркиз решила совершить сумасшедший поступок. В этот раз эта удивительная женщина прошла через сибирские пустоши, монгольские равнины, пересекла Китай и добралась до Лаоса и Таиланда. Затем она доплыла до Австралии и преодолела тысячи километров пути по малонаселенной местности. Удивительно, но все это безумное путешествие было проделано Сарой в одиночку. За три года она прошла более 16 тысяч километров!

Удивительная экспедиция помогла Маркиз стать обладательницей награды от канала National Geographic «Путешественник года».

Милдред Норманн - миролюбивая Странница


Миролюбивая Странница

Еще одна американка, Милдред Норманн, получившая прозвище Миролюбивая Странница, стала одним из самых известных пеших путешественников в истории. В 1952 году Милдред стала первой женщиной, прошедшей по Аппалачской тропе по маршруту длиной в 3500 километров всего лишь за один сезон. Вскоре после этого достижения Норманн решила посвятить жизнь путешествиям по территории Соединенных Штатов. Она утверждала, что на протяжении следующих 28 лет все время носила одни и те же вещи, а в рюкзаке у нее были только карандаш, карта, расческа и зубная щетка.

Милдред часто голодала, ведь питалась только тем, чем ее угощали люди. Но это не мешало ей продолжать свой путь. Труднее всего ей приходилось зимой, когда не удавалось найти подходящее убежище для ночлега.

Миролюбивая Странница посетила огромное количество городов. Общая протяженность пройденного ею маршрута уже к 1964 году достигла 40 тысяч километров (а это, на секундочку, длина экватора Земли). После этого Норманн вообще перестала подсчитывать километры. Она имела невероятную уверенность, что, вне зависимости от того, что может произойти в пути, будет оставаться в безопасности. К сожалению, она ошибалась.
Несколько десятилетий подряд Норманн избегала автомобилей и использовала в качестве транспорта лишь свои ноги. Но в 1981 году Милдред неожиданно погибла. Она все же села в машину, чтобы доехать до Нокса (штат Индиана), где ей нужно было произнести речь. К сожалению, случилась авария, и Миролюбивая Странница погибла до того, как на место происшествия прибыла бригада скорой помощи.

Люди помнят об этой удивительной женщине и сегодня, в честь нее даже была создана организация, получившая название «Друзья Миролюбивой Странницы».

Полли Летофски


Полли Летофски путешествовала ради благотворительности.

Полли Летофски путешествовала 5 лет ради благотворительности. Собирая пожертвования на лечение рака груди, Полли Летофски в 1999 году отправилась из родного дома в штате Колорадо на запад. В итоге ее путешествие продлилось ровно 5 лет. За это время Полли прошла пешком 22 тысячи километров, посетила 22 государства на четырех континентах. Всю дорогу Летофски катила перед собой специальную коляску, в которой хранилось все, что могло ей понадобиться во время путешествия. Удивительно, но эта коляска также успешно перенесла всю экспедицию, несмотря на то, что, по словам Полли, она много раз падала.

Сначала Летофски дошла до Калифорнии, потом села на самолет и улетела в Новую Зеландию. Она ходила по австралийским, сингапурским и малайзийским дорогам, а затем решила пересечь всю Евразию. Добравшись до Ирландии, Полли полетела в Нью-Йорк, откуда вернулась домой, в Колорадо. За время путешествия она собрала почти 200 тысяч долларов благотворительных пожертвований на профилактику рака молочной железы.

Когда Полли Летофски узнала о терактах 11 сентября и дальнейшем начале боевых действий на Ближнем Востоке, она не испугалась и не стала менять своих планов. Эта удивительная женщина продолжила путь и без единого происшествия прошла через Пакистан, Иран и Ирак.

Жан Беливо


Жан Беливо — человек, у которого стоит поучиться умению воплощать мечты

В день своего 45-летия Жан Беливо захотел кардинально изменить свою жизнь. Бывший продавец неоновых вывесок из Монреаля отправился в пешее путешествие. Он очень устал от своей работы и серой обыденности и решил, что прогуливаться по всем уголкам мира будет куда интересней.

Беливо не останавливался целых 11 лет, пройдя за это время 75 554 километра и посетив 64 ​​страны. Сначала люди считали, что его затея — проявление кризиса среднего возраста, но, согласитесь, масштаб путешествия Жана говорит сам за себя.

Он встречал многих интересных людей и даже имел счастье побеседовать с четырьмя лауреатами Нобелевской премии. Одним из них был Нельсон Мандела. Известный борец за права человека сказал Беливо слова, которые вдохновили его на дальнейшие свершения: «Миру нужны такие люди, как вы».

На пути Жана неоднократно подстерегали опасности — его пытались ограбить, на него нападали чилийские пумы, давало о себе знать и здоровье. Но он с мужеством прошел через все препятствия.

По словам Беливо, самый трудный момент, связанный со своим путешествием, он пережил еще за месяц до того, как оно началось. Ему было очень трудно рассказать о своем плане супруге, Люси. К счастью, жена одобрила его затею, хоть и немало удивилась, когда услышала о ней. Она стала верным поклонником любимого мужа и на протяжении всего его путешествия поддерживала его материально.

Жан говорит, что никогда не жалел о своем решении, и призывает многочисленных поклонников последовать его примеру и не бояться воплощать самые заветные мечты: «Просто идите, сделайте первые шаги. Ваш путь прояснится в дороге».

Дэйв Кунст


Дэйв Кунст в пути потерял родного брата

Дэйв — уникальный человек, имеющий право заявить, что он прошел через всю планету. В 1970 году вместе с родным братом Джоном он начал путешествие, которое продлилось четыре года. Когда братья выходили из дому, у них на двоих была лишь тысяча долларов. А рядом с этими чудаками шел мул, несший их вещи.

Братьям довелось пережить множество невероятных приключений: они посетили принцессу Грейс в Монако, добрались со своим преданным мулом до Венеции, а также стали первыми людьми не из Азии, которые прошли по всему маршруту Хайберского прохода Александра Великого.
К сожалению, когда они шли через изолированную область Афганистана, местные бандиты начали стрелять в братьев. Джон погиб, а Дэйв получил сильные ранения. Он выжил лишь благодаря тому, что прикинулся мертвым. Восстановление от травм заняло у Кунста почти три месяца. Удивительно, что даже после смерти брата Дэйв не сломился и продолжил экспедицию в одиночку. Он прошел через Индию и Австралию, затем долетел до Калифорнии и пошел пешком в Миннесоту. Пройдя более 23 тысяч километров, Кунст вернулся домой, в маленький город Васекa.

За все путешествие Дэйв сносил 21 пару обуви. Одна из самых ценных для него вещей — свиток с подписями мэров всех городов, в которых он останавливался на ночевку. Сегодня Дэйв Кунст живет спокойной жизнью с любимой супругой. Кстати, с ней он познакомился в Австралии во время экспедиции.

Стивен Ньюман


Стивена четыре раза арестовывали, два раза на него нападали бандиты

Стив вырос в небольшом городке в штате Огайо. С раннего детства он мечтал о путешествиях по экзотическим уголкам нашей планеты. И прозвище Worldwalker (в переводе — «Обошедший весь мир») демонстрирует, что, когда Ньюман вырос, он успешно воплотил эту мечту в жизнь.
Эпический поход Стивена продлился четыре года. За это время он прошел 24 тысячи километров и сделал 41 миллион шагов. Путешествуя, он регулярно делился подробностями своих приключений с аудиторией газеты The Columbus Dispatch. Таким образом, его поход стал первым в истории, полностью зафиксированным в средствах массовой информации.

Ньюман говорил, что хотел увидеть своими глазами, на самом ли деле мир настолько страшный, как все утверждают. Худшие ожидания не оправдались: по большей части его опыт был положительным, но иногда встречались действительно опасные ситуации. Например, два раза Ньюмана атаковали вооруженные бандиты, четыре раза его арестовывали, однажды Стивен был избит, а еще один раз его забросали камнями индийские студенты. Ньюман также перенес пневмонию и подхватил неприятную кожную сыпь, которая постепенно распространилась по всему телу. Но, невзирая на подобные трудности, Стивен утверждает, что мир — куда более доброе и интересное место, чем кажется большинству людей. Согласитесь: он, как никто другой, имеет право делать подобные заявления.

Артур Блессит


Артур Блессит путешествует из-за веры в Бога

Как вы уже поняли, чаще всего люди путешествуют пешком для получения нового опыта или для того, чтобы увидеть интересные места. Чуть реже — ради благотворительных целей. Но Артур Блессит — исключение. Он ходит по миру, показывая свою преданность Богу. Настоящий христианский проповедник путешествует по всем уголкам света, таща на спине большой деревянный крест, еще с 1969 года, то есть уже более 45 лет.

Блессит начал свое удивительное путешествие, когда узнал о растущей популярности культуры хиппи в Калифорнии. Эта новость побудила его сразу же отправиться туда, чтобы попытаться спасти грешные души. Артур утверждал, что сам Бог поручил ему носить крест по всему свету.
Даже когда врачи диагностировали у Блессита аневризму и запретили ему заниматься такой напряженной деятельностью, мужчина решил, что «обстоятельства не смогут изменить его призвание». То есть он продолжал путешествовать. В 2008 году Артур стал первым человеком, официально обошедшим каждую материковую страну и все крупнейшие острова на планете.

Вера в Бога и в свое призвание помогла Блесситу побывать даже в странах, где ведется война, например в Ираке. В общей сложности его арестовывали 24 раза. В 2009 году вышел документальный фильм об этом удивительном человеке, а все его достижения попали в Книгу рекордов Гиннесса.

Роберт Гарсайд


Роберт Гарсайд — человек, пробежавший через весь мир

Кто-то облетел весь мир, кто-то объездил его на машине, многие люди обошли десятки стран пешком. Но Роберт Гарсайд по прозвищу Бегущий человек стал первым, кто пробежал по всему миру.

До начала забега Роберт был рядовым клиническим психологом, никогда не занимавшимся каким-либо видом спорта. Гарсайд говорит, что он всегда был одиночкой, поэтому месяцы, проведенные в пробежках, он перенес совершенно нормально. Роберт быстро привык бегать около восьми часов в день, преодолевая за это время порядка 80 километров. В общей сложности приключения Гарсайда длились пять лет. За это время он пробежал более 56 тысяч километров.

Пять дней наш герой провел в китайской тюрьме, а три дня бежал без еды. Интересно, что сперва подвиг Гарсайда оспаривался многими СМИ, представители которых заявляли, что история Роберта была непоследовательной, а значит, преувеличенной. Но рекордсмен сумел объяснить все несоответствия, после чего большинство критиков изменили свое мнение на прямо противоположное. А американский журналист Дэн Коппель выразил большое сожаление по поводу того, что его публично выраженное неверие навредило репутации величайшего забега в истории человечества. В 2007 году даже представители Книги рекордов Гиннесса официально признали рекорд Роберта Гарсайда.

Карл Бушби


Карл Бушби пытается стать первым человеком, который доберется из Чили в Англию по уникальному пути.

Бывший английский десантник Карл Бушби сейчас пытается стать первым человеком, который доберется из Чили в Англию по уникальному пути.

Вначале Карл Бушби планировал добраться из Чили до Аляски, затем — пройти по льдам Берингова пролива между этим полуостровом и Сибирью (пешком!). Сделать это намного труднее, чем может показаться. Дело в том, что вода в Беринговом проливе никогда не замерзает полностью, то есть Карлу пришлось бы продвигаться по небольшим льдинам. Затем Карл планировал пройти через всю территорию России с востока на запад, после чего выйти в Европу и, наконец, добраться до Ла-Манша.

Путь от Чили до Аляски был преодолен успешно. Непонятно как, но в 2006 году Бушби удалось даже успешно пересечь частично замерзший Берингов пролив и добраться до Сибири.

К сожалению, его подстерегала куда более серьезная проблема, чем движущиеся льдины или необитаемая местность. Российское правительство много раз отказывало Карлу в получении визы, выгоняло его из страны или каким-то другим образом рушило все планы бывшего десантника.

Таким образом, после 27 тысяч пройденных километров Карл оказался в тупике. Шесть лет подряд Россия выдавала ему лишь временные визы. Бушби был фактически поставлен перед необходимостью совершать короткие путешествия раз в год. Когда все его попытки получить полную визу не увенчались успехом, Карл устроил драматическую акцию протеста. В 2012 году он прошел от Лос-Анджелеса до посольства России в Вашингтоне. Путешествие заняло почти год. К счастью, широкая огласка его подвига и постоянное давление со стороны средств массовой информации вынудили российскую сторону выдать Карлу нужную визу. В настоящее время Бушби уже оставил Россию позади и завершает свое путешествие в Европе.

Истории этих людей — яркое подтверждение того, что возможности человека воистину безграничны. К сожалению, в современном мире постоянно встречаются обратные примеры — вопиющие случаи абсолютного неверия людей в собственные силы. Стоит понять, что мы сами ограничиваем себя, ставя мысленные преграды. А потом живем всю жизнь, даже не мечтая о каких-либо великих свершениях. Берите пример с наших героев: они доказали, что невозможное возможно! Главное — верить в себя и иметь цели, ради покорения которых вы будете готовы пойти на все!
Поделись
с друзьями!
531
2
16
47 месяцев
Уважаемый посетитель!

Показ рекламы - единственный способ получения дохода проектом EmoSurf.

Наш сайт не перегружен рекламными блоками (у нас их отрисовывается всего 2 в мобильной версии и 3 в настольной).

Мы очень Вас просим внести наш сайт в белый список вашего блокировщика рекламы, это позволит проекту существовать дальше и дарить вам интересный, познавательный и развлекательный контент!