все|сильносреднеслабо
Разместить публикацию →

Последний полёт Карлсона

— Скажите, — робко начал Малыш, — а как вы летаете?

— Неужели не видишь, — пробормотал Карлсон с набитым ртом. — У меня на спине пропеллер.

— Потрясающе! — удивился Малыш. — Но позвольте! Вы ведь летели с положительным тангажем.

— Чего? — Карлсон открыл рот от неожиданности и чуть не подавился.

— Ну... Вы летели головой вверх, слегка наклонившись вперед. При этом пропеллер должен был тянуть вас вверх и назад. Почему же вы летели вперед, а не назад?

Карлсон, не слушая Малыша, с интересом осматривал полки шкафа. Его заинтересовало хитрое устройство, которое стояло на самой верхней полке.

— Назад я полечу, когда доем тефтели, — рассеянно сказал он. — Неприлично уходить из гостей сразу. Хозяин может подумать, что я пришел исключительно чтобы пожрать.

— И все-таки, мне не дает покоя ваш пропеллер... Ой! — Малыш бросился к Карлсону, но не успел. Карлсон дотянулся до хитрого устройства и уронил его. Обломки разлетелись по всей комнате.

— Ты... ты разбил мою машину! — зарыдал Малыш. — Я сам ее сделал, а ты...

Карлсон в смущении переминался с ноги на ногу.

— Не переживай, Малыш, — сказал он. — Дело-то житейское. У меня дома тысяча таких машин! Я подарю тебе новую, и даже две.

— Тысяча? — у Малыша отвисла челюсть. — И все работают?

— Конечно, — уверил его Карлсон. — С утра до вечера вся тысяча работает, гудят, жужжат — красотища!

— Ну надо же! — Малыш с сочувствием посмотрел на Карлсона. — Такие проблемы с кишечником?

— С кишечником? — не понял Карлсон.

— Ну да, ведь эта машина — освежитель воздуха. Поглощает сероводород и другие газы... ну, те, которые выделяются... — и Малыш, покраснев, прошептал Карлсону что-то на ухо.

— Да? — Карлсон запнулся. — По правде говоря, я собирался все их выкинуть. Мне они совершенно ни к чему. Но прежде чем выкидывать, я подарю тебе парочку, или даже три.

— Договорились! — Малыш улыбнулся и слезы у него мгновенно высохли. — А можно посмотреть на твой пропеллер?

— Конечно. — Карлсон развернулся.

— С ума сойти! Я так и думал, — сказал Малыш, осмотрев пропеллер.

— Что, хороший пропеллер? — польщенно спросил Карлсон.

— Так я и думал, что это не пропеллер, — сказал Малыш. — Пропеллер не мог бы так работать, потому что твоя спина экранировала бы основной поток воздуха, и вся энергия растрачивалась бы на создание турбулентности.

— Эй, ты чего? — Карлсон надулся. — Это лучший в мире пропеллер!

— Не сердись! Конечно, это замечательный пропеллер! — поспешно сказал Малыш. — Только это не совсем пропеллер. У него очень интересная система перекоса лопастей. Вектор тяги лежит в плоскости вращения, а точка приложения силы смещена влево. Таким образом, подъемная сила направлена от ног к голове, вдоль спины, а не перпендикулярно, как я вначале подумал. А точка приложения силы смещена влево — потому что она действует на те лопасти, которые в данный момент двигаются вниз...

— Ты чего ругаешься? — обиделся Карлсон. — Тоже мне, специалист нашелся.

Он встал и сделал вид, что собрался уходить.

— Извини, — испугался Малыш. — Не уходи, пожалуйста.

— Ну ладно, так и быть. — Карлсон снова плюхнулся в кресло. — А что мы будем делать? Давай играть?

— Давай! — обрадовался Малыш. — А во что?

— Например, в рассказывание сказок. Ты будешь рассказывать мне сказку, а я слушать. — И Карлсон приготовился слушать.

— Сказку? Но я не помню сказок!

— Как? Совсем не помнишь? Ну, хотя бы про Красную Шапочку?

Малыш покачал головой.

— А про кота в сапогах? Тоже нет? А про дудочника Гамильтона?

— Ну конечно! — Малыш хлопнул себя по лбу. — Я-то пытался мысленно построить механику твоего полета через укороченное действие, используя лагранжеву механику. Но, похоже, гамильтонов подход здесь будет гораздо нагляднее. Главное, суметь записать гамильтониан, а дальше...

— Ты, кажется, собирался рассказывать мне сказку! — снова надулся Карлсон.

— Ну вот, ты опять обиделся! — огорченно сказал Малыш. — Просто мне кажется, что такой пропеллер, как у тебя, неизбежно вызовет дополнительный вращающий момент. У тебя же нет хвостового винта, как у вертолета. И тебя будет уводить в сторону по курсу. Я никак не могу понять, как ты компенсируешь этот момент. Он должен разворачивать тебя, и в какой-то момент ты неизбежно свалишься в штопор.

Малыш поймал хмурый взгляд Карлсона и осекся.

— С тобой неинтересно, — хмуро заявил Карлсон. — Что ж, погостил, пора и честь знать. Чао!

С этими словами Карлсон подбежал к подоконнику, завел моторчик и выпрыгнул.

— Э-ге-гей, Малыш! Прощай! — крикнул он, махая Малышу рукой.

— Постой! Я понял! Я все понял! — воскликнул Малыш, бросаясь к окну. Карлсон заложил крутой вираж и повернул обратно.

— Ну что ты понял? — спросил Карлсон, бухнувшись на диван. — Что гостей надо развлекать, а не нести всякую чепуху?

— Я понял, как ты компенсируешь это вращение! — крикнул Малыш. — Ты в полете все время махаешь рукой. На эту выставленную в сторону руку давит поток воздуха и борется с вращением. Чтобы лететь, ты должен все время махать рукой.

Карлсон здорово разозлился.

— Опять ты за свое! — мрачно сказал он. — Ничего я никому не должен! Я махаю всем рукой и кричу «Э-ге-гей!», потому что я веселый и приветливый мужчина в самом расцвете сил. Но таким занудам, как ты, я даже махать рукой теперь не буду.

— Если моя теория верна... — начал было Малыш, но Карлсон уже вылетел в окно.

Малыш увидел, как Карлсон, набирая скорость, рефлекторно дернул правой рукой, но сдержался. Тут его повело в сторону. Он попытался выправиться и снова чуть не махнул правой рукой, но немедленно схватил ее левой и прижал к туловищу. Карлсона повело сильнее, и внезапно развернуло боком к направлению полета. Он сдался и отчаянно замахал рукой, но было поздно. Поток воздуха перевернул его, и, беспорядочно кувыркаясь, Карлсон полетел вниз.

— Сво-о-о-о-о-о-о-олочь! — донесся до Малыша последний крик Карлсона...

Малыш вздохнул и вернулся к книжке. Но ему опять не дали спокойно почитать.

— Малыш! — раздался голос папы. Малыш обернулся.

— Малыш, это ты брал гидродинамику Ландау и Лифшица? — мягко спросил папа, входя в комнату. — Она стояла на полке и закрывала собой пятно на обоях, а теперь ее нету.

— Это я, я положил ее на тумбочку, — прошептал Малыш. — Мне было не дотянуться, чтобы поставить ее обратно на полку.

— Малыш, Малыш. — Папа ласково потрепал Малыша по голове. — Ну зачем ты берешь такие книжки? Все равно ты до них еще не дорос! И картинок в ней почти нету.

— Все равно я ничего не понял, — соврал Малыш.

— Конечно, не понял. Ведь для этого надо много учиться, вначале в школе, потом в институте — а ты пока еще только в первом классе. Лучше посмотри, кто к тебе пришел, — сказал папа, пропуская в дверь Кристера и Гуниллу, друзей Малыша.

— Кристер! Гунилла! — радостно крикнул Малыш. — Ужасно рад вас видеть!

Папа с нежностью посмотрел на Малыша и тихонько вышел.

— Малыш! — сказал Кристер, протягивая Малышу какой-то сверток. — Мы поздравляем тебя с днем рождения и хотим подарить тебе эту камеру Вильсона.

— Камеру Вильсона? — Глаза Малыша засияли. — Вот здорово! Давно о ней мечтал! А какой у нее коэффициент перенасыщения пара?

Малыш искренне обрадовался, но все равно Кристер уловил печальные нотки в его голосе.

— Что случилось, Малыш? — спросил он. — Ты чем-то расстроен?

Малыш тяжело вздохнул и с тоской закрыл книжку «Занимательная вивисекция», заложив ее закладкой.

— Собаку мне не подарили.
Источник: blin.exler.ru
920 13
61
Смех
Интерес
Красота
Умиление
Радость
Удивление
Грусть
Страх
Гнев
Отвращение
сильносреднеслабо

«Красная шапочка» (альтернативные версии в стиле известных писателей)

(альтернативные версии в стиле известных писателей)
Эдгар По
На опушке старого, мрачного, обвитого в
таинственно-жесткую вуаль леса, над которым носились
темные облака зловещих испарений и будто слышался
фатальный звук оков, в мистическом ужасе жила Красная
Шапочка...

Эрнст Хемингуэй
Мать вошла, она поставила на стол кошелку. В кошелке
было молоко, белый хлеб и яйца.
- Вот, - сказала мать.
- Что, - спросила её Красная Шапочка.
- Вот это, - сказала мать, - отнесешь своей бабушке.
- Ладно, - сказала Красная Шапочка.
- И смотри в оба, - сказала мать, - Волк.
- Да.
Мать смотрела, как её дочь, которую все называли Красной
Шапочкой, потому что она всегда ходила в красной шапочке,
вышла и, глядя на свою уходящую дочь, мать подумала, что
очень опасно пускать её одну в лес; и, кроме того, она
подумала, что волк снова стал там появляться; и, подумав
это, она почувствовала, что начинает тревожиться...

Ги де Мопассан
Волк её встретил. Он осмотрел её тем особенным
взглядом, который опытный парижский развратник бросает на
провинциальную кокетку, которая всё ещё старается выдать
себя за невинную. Но он верит в её невинность не более её
самой и будто видит уже, как она раздевается, как её юбки
падают одна за другой и она остаётся только в рубахе, под
которой очерчиваются сладостные формы её тела...

Виктор Гюго
Красная Шапочка задрожала. Она была одна. Она была
одна, как иголка в пустыне, как песчинка среди звезд, как
гладиатор среди ядовитых змей, как сомнабула в печке...

Джек Лондон
Но она была достойной дочерью своей расы; в её жилах
текла сильная кровь белых покорителей Севера. Поэтому, и
не моргнув глазом, она бросилась на волка, нанесла ему
сокрушительный удар и сразу же подкрепила его одним
классическим апперкотом. Волк в страхе побежал. Она
смотрела ему вслед, улыбаясь своей очаровательной женской
улыбкой...

Ярослав Гашек
- Эх, и что же я наделал? - бормотал Волк. - Одним
словом обделался...

Оноре де Бальзак
Волк достиг домика бабушки и постучал в дверь. Эта
дверь была сделана в середине 17 века неизвестным
мастером. Он вырезал её из модного в то время канадского
дуба, придал ей классическую форму и повесил её на
железные петли, которые в своё время, может быть, и были
хороши, но ужасно сейчас скрипели. На двери не было
никаких орнаментов и узоров, только в правом нижнем углу
виднелась одна царапина, о которой говорили, что её сделал
собственной шпорой Селестен де Шавард - фаворит Марии
Антуанетты и двоюродный брат по материнской линии
бабушкиного дедушки Красной Шапочки.
В остальном же дверь была обыкновенной, и поэтому не
следует останавливаться на ней более подробно...

Оскар Уаильд
Волк. Извините, Вы не знаете моего имени, но...
Бабушка. О, не имеет значения. В современном обществе добрым именем пользуется тот, кто его не имеет. Чем могу служить?
Волк. Видите ли... Очень сожалею, но я пришел, чтобы Вас съесть.
Бабушка. Как это мило. Вы очень остроумный джентльмен.
Волк. Но я говорю серьёзно.
Бабушка. И это придаёт особый блеск Вашему остроумию.
Волк. Я рад, что Вы не относитесь серьёзно к факту, который я только что Вам сообщил.
Бабушка. Нынче относиться серьёзно к серьёзным вещам - это проявление дурного вкуса.
Волк. А к чему мы должны относиться серьёзно?
Бабушка. Разумеется к глупостям. Но Вы невыносимы.
Волк. Когда же Волк бывает несносным?
Бабушка. Когда надоедает вопросами.
Волк. А женщина?
Бабушка. Когда никто не может поставить её на место.
Волк. Вы очень строги к себе.
Бабушка. Рассчитываю на Вашу скромность.
Волк. Можете верить. Я не скажу никому ни слова (съедает её).
Бабушка. (из брюха Волка). Жалко, что Вы поспешили. Я только что собиралась рассказать Вам одну поучительную историю...

Эрих Мария Ремарк.
Иди ко мне, - сказал Волк.
Красная Шапочка налила две рюмки коньяку и села к нему
на кровать. Они вдыхали знакомый аромат коньяка. В этом
коньяке была тоска и усталость - тоска и усталость
гаснущих сумерек. Коньяк был самой жизнью.
- Конечно, - сказала она. - Нам не на что надеяться. У
меня нет будущего. Волк молчал. Он был с ней согласен...

Источник: samlib.ru
565 4
37
Смех
Интерес
Красота
Умиление
Радость
Удивление
Грусть
Страх
Гнев
Отвращение
сильносреднеслабо
Давайте радоваться жизни вместе!
Получай лучшее на свой email-адрес
Жми "Нравится" и читай нас на Facebook
Подпишись на нас Вконтакте
реклама
Авторизация пользователя EmoSurf
Email-адрес
Пароль забыли пароль?
Регистрация →
Данные пользователяX
Отображаемое имя
Изменить пароль
Email-адрес
Ваш часовой пояс
Уведомления о новом
Email-адрес пользователя
Укажите свой e-mail, чтобы первым узнавать о новых постах!